Павел посмотрел на пыльные, чёрные пальцы и подумал, что он весь будто истекает грязью.
К нему подошел профессор.
— Можно присоединиться?
Он в ответ указал рукой на камень рядом. Игорь Казимирович с самого утра заметил его плохое настроение. Они молчали, наблюдая, как туман окутывает небольшие холмы недалеко от подножия вулкана. На каменистой почве под ногами пестрели цветные мшистые вкрапления.
— Что бы тебя не расстраивало, знай, что это пройдёт. Все проходит. И хорошее, и плохое, — профессор отпил кисель из кружки.
— Моя боль точно не пройдёт, будет жить со мной вечно. Она с самого детства проросла внутрь меня и стала моей частью.
— Зачем так категорично? Ты должен себе ответить только на один вопрос: хочешь ли ты что-то поменять или нет? Если есть стремление к изменениям, всегда найдутся силы на это. Надо лишь сделать первый шаг, он самый трудный; пойми, терзания только тормозят твое развитие, понижают уровень жизни, ухудшают самочувствие. Пока живешь, пока есть время, нужно цепляться за доброе и светлое; стараться не унывать и не отчаиваться, а искать выход из трудной ситуации, выбираться из топкого болота темных мыслей. Кроме тебя самого твою проблему никто не решит. Если же зацикливаться на негативе, ты в нем и останешься. Жизнь так коротка, она подобна искорке, что быстро вспыхивает в темноте и тут же гаснет, — профессор рассматривал пыльную ладонь. — В конце концов, всегда найдется человек, которому хуже, чем тебе.
Игорь Казимирович выпил ягодный напиток до дна, встал с камня и вернулся к группе. Пашка остался сидеть один. Закревский натолкнул его на мысль, что пора перестать думать о прошлом. Он уже вырос и не живет в семье алкоголика. Если отец решил спиться, что ж! Это его выбор. Кто может ему в этом помешать?
«Хм! Неплохо было бы бросить работу в офисе и уехать на Бали, учить туристов сёрфингу и кайтингу. И сестру Машу непременно взять с собой», — подумал он и представил высокие синие волны, пальмы, местных жителей с корзинами цветов и фруктов, благовония и полное умиротворение. Вот он бежит к воде, ловит доской волну и скользит вперед на ее гребне, а на берегу ждут ученики, восхищаясь его талантом. Так воодушевился, что передумал пакостить Егору. «Пусть обнимаются. У меня обязательно все получится, надо только подкопить денег», — поставил себе цель Пашка.
Артём тоже устроился один. Он перечитывал последнюю переписку с Мирославой. «Нужен атмосферный снимок! И когда наша группа вернется в посёлок, обязательно отправить ей серию фотографий», — он мысленно поставил себе задачу. Сделал селфи с запылённым лицом на фоне вершины Ключевской сопки, сфотографировал грязную руку, держащую алюминиевую кружку, наполненную ярко-красной жижей. «Напишу ей, что она пригласила в кафе шахтёра, а не нейрохирурга», — он улыбнулся. Она стала ему ближе за время виртуального общения, молодому врачу хотелось делиться с ней мыслями и переживаниями.
Егор расстелил для Катерины коврик и принёс две наполненные кружки, а сам сел рядом на камни.
— Держи крепко! Горячо! — он передал ей кисель.
— Спасибо!
Егор поставил кружку рядом с собой и растянулся на лавовом склоне. Он подставил лицо солнцу. Катерина смеялась и то толкала его шутя в бок, то щекотала нос и подбородок кончиком пальца. Им нравилось проводить время вместе, в сердцах крепло настоящее чистое чувство. Она наклонилась над его лицом и чуть встревоженно сказала:
— Слушай, у меня такое ощущение, будто за нами кто-то наблюдает. Чем выше мы поднимаемся, тем сильнее я это чувствую.
Настя, стоявшая рядом, услышала ее слова и сказала:
— У меня, кстати, то же самое.
— Дед Демид рассказал о всяких глупостях, вот вы и впечатлились, — Сашка просматривал снимки на фотоаппарате.
— Нет, дело не в этом. Я на самом деле чувствую чье-то присутствие, — Настя обернулась, осматривая лавовые холмы вокруг.
Она постоянно, как маячок, ловила информацию из пространства, иногда даже не знала и не могла объяснить, откуда к ней пришли знания. Сегодня было особенно не по себе. С самого утра она не могла понять, почему ей тревожно. Наверное, приболела, простудилась или, и правда, прониклась пугающей историей пожилого странника. Отмахнулась от этого наваждения и решила подумать о чем-то другом. Вопреки сигналу, что трезвонил внутри нее, она не стала слушать этот маячок, а уговорила себя, что Сашка прав, и ей кажется. Стало легче. Он тепло улыбнулся и подошел к ней, показал снимок на экране.
— Хороший кадр поймала, посмотри, как свет падает.
Остальные собрались возле гидов и обсуждали дальнейшие действия.
— Пройдём до вечера, сколько сможем. Думаю, поднимемся до 1800 или 2000 метров над уровнем моря. Когда солнце будет садиться, остановимся на ночевку, — Андрей закрывал рюкзак.
— Надо было заказать вертолёт и лететь сразу к середине маршрута, — пошутил Роман.
— Нет, это вредно для организма. Всем нам надо постепенно акклиматизироваться, чтобы на вершине не схватить горную болезнь. Кстати, если будет плохое самочувствие, обязательно сообщите мне.