Дорога в представлении среднего жителя Запада обычно представляет собой более или менее ровную и твёрдую поверхность, которая тянется от одной географической точки к иной. В Афганистане же есть, как минимум, два ярких примера, которые наглядно доказывают что это может быть просто направления куда то, которые местные обозначяют этим названием и используют как маршрут пересечения. «Куда-то» на этот раз – из Кабула в Баглан (Bahlan) и из Мазари-Шарифа в Кундуз.
Кабул – Баглан
Первый из этих двух маршрутов нам пришлось «пережить» почти сразу после прилёта в Кабул. Вскоре после того как мы миновали блокпосты столицы, дорога всё глубже и глубже уводит нас в горы. Постепенно количество моторикш и легковых машин, которые мы обгоняем, сменяется всё более внушительным потоком грузового транспорта.
Афганистан удивляет многим. Почти на каждом шагу уклад жизни здесь радикально отличается от того, к чему мы привыкли в так называемых «развитых странах». Дорожное движение регулируется не столько правилами, сколько принципами и ощущениями. Немногочисленные регуляторы и коллективный здравый смысл – пожалуй, вот всё, что обеспечивает относительный порядок. Нужно добавить, что водителями здесь работают только мужчины. Возможно, именно этот набор факторов и даёт тот эффект, что, несмотря на шокирующую для западного глаза дерзость на дорогах, статистика аварий не особо выше, а порой даже ниже, чем в местах с радарами и дорожной полицией.
Направление Кабул – Баглан (написать «дорога» рука не поднимается) – одно из основных, по которым в Афганистан и из него движутся товары. Поэтому, чем дальше мы углубляемся в горы, окружающие Кабул со всех сторон, тем большее количество грузовиков встречается на пути.
Другая особенность, которая существенно меняется, – это сама поверхность, по которой мы едем и которую местные всё же назвают «дорогой». Пожалуй, я пропущу подробности о скорости движения и обгонах, когда водитель руководствуется лишь собственной уверенностью. Хотя нельзя отрицать, что афганцы прекрасно чувствует габариты автомобиля, мне хочется описать именно «идеологическую» сторону перемещения. Предположительно, когда-то здесь действительно была дорога, построенная и поддерживаемая ещё при советских ресурсах, причём стандарта в две полосы. Сейчас же эту ширину нередко используют как воображаемую «четырёхполоску». Машины порой идут так близко к обрыву, что остаётся лишь удивляться, как местные сохраняют при этом спокойствие и даже улыбаясь наслаждаются ездой.
Обычно участок, который вертолёт преодолевает примерно за час, автомобиль проезжает больше чем за пять часов. На этот раз нам пришлось потратить ещё больше сил, ведь движение порой настолько плотное, что образуются гигантские пробки. Я наблюдаю, как один из моих спутников, взяв на плечо винтовку M4, выходит из машины в очередной раз, когда мы застреваем в плотной автотолкучке. Абдуллах начинает активно «распоряжаться» водителями грузовиков, указывая им, как освободить коридор, сквозь который наша машина буквально «протискивается, как через игольное ушко». Удивительно, но это действительно срабатывает и позволяет нам немного продвигаться вперёд.
Впереди знаменитый тоннель Саланг, точнее то, что от него осталось. После него путь пойдёт вниз и станет легче, но ещё до этого мы упираемся на причину затора и вчерашнего отключения электричества – подорванную линию электропередачи. Именно вдоль этого «направления» тянется электромагистраль, которая снабжает афганцев почти всей электроэнергией.
Непримиримые боевики «Даеш» время от времени что-то здесь подрывают. Радует лишь то, что на этот раз обошлось без человеческих жертв. В месте повреждения работает тяжёлая техника и люди, пытающиеся что-то починить. Трудно представить, как ликвидировать столь серьёзные повреждения с теми немногими ресурсами, которые я вижу, но я искренне надеюсь, что с Божьей помощью у них это получится. Именно здесь – эпицентр пробки. Медленно, очень медленно, но время от времени даже крупногабаритный транспорт «просачивается» вперёд. Чуть дальше, и мы уже в некогда самом высоком в мире автомобильном тоннеле. Его длина около трёх километров, а высшая точка находится на высоте 3363 метра над уровнем моря. Строительство тоннеля завершилось в 1976 году, а в 2002 году его заново открыли после того, как он был взорван в 1997-м. Так называемая «Северная коалиция» сделала это, чтобы остановить продвижение талибов, которые стремились проникнуть в сердце страны – Кабул – по этой важнейшей транспортной артерии. Советское вторжение принесло афганцам много бед, но именно строители из СССР возвели здесь наибольшее число общественных объектов, которыми местные пользуются до сих пор.