Мальчик послушно держал бумажные уголки. А девушка слегка выдвинула полку, на которой лежал пирог, наклонила её, и выпечка заскользила в упаковку. Бах! И пирог полностью оказался в пакете, который Петька чуть не выронил от неожиданности. Выпечка оказалась довольно–таки тяжёлой.
Продавщица зашуршала пакетом и вытянула шнурки–ручки.
— Вот. Так сподручней будет нести.
— Спасибо.
— Ну вот, — девушка вернулась за стол. — С тебя пятьдесят медяков.
— Хорошо.
Мальчик отсчитал монетки. Осталось ещё пять. Он протянул плату продавщице, забрал кульки с пирожками и уже собрался уйти. Но обернулся и обратился к продавщице.
— А можно я кое–что спрошу? Вы не обидитесь?
— Спроси. А как же я могу знать обижусь или нет, — засмеялась она. — Я же не знаю, что ты спросишь.
— Просто вы… Ну, необычный житель три восьмого. Я был в других торговых домах, там совсем другие продавцы.
— А я неместная. Из три десятого я. Но у нас там знаешь… В общем, своя сказка. Почти все жители оттуда ноги унесли и разбрелись кто куда. А здесь хозяева дома настолько ленивы, что наняли меня. Сами не хотят что–то продавать. А мне нравится. Вот только покупателей мало. То ли дело в три седьмом. Но там всю работу роботы выполняют.
— А, понятно.
— Я знаешь что. Возьми вот ещё, — она достала новый кулёк.
— Да не надо, — запротестовал Петька.
— Бери, — девушка положила в бумагу несколько разных пирожков.
— А вас не накажут? За недостачу.
— Нет. Я же говорю, покупателей мало. А выпечка же испортится всё равно. Что не продам свежим, приходится себе забирать. Вот видишь какие уже щёки, — девушка засмеялась, надув щёки. — Что–то птицам отдаю, что–то зверям лесным. А тут ещё у нас на купели кикимор завёлся. И его подкармливаю.
— Ванюшка? — улыбнулся Петька.
— Ванюшка, — кивнула девушка. — Я ему пироги приношу, а он меня чаем угощает и истории интересные рассказывает.
Петька поблагодарил продавщицу, попрощался и вышел на улицу. Лучше бы он в прошлый раз тоже сюда зашёл, а не в мясной. Он быстрым шагом направился к купели. Ещё бы за водой сбегать. Но это уже после завтрака.
Баюн сидел на бортике купели и следил за лягушками, прижав уши. Усы его топорщились, а зелёные глаза горели недобрым огнём. Почувствовав приятный запах выпечки, он спрыгнул с бортика и большими скачками кинулся к лежакам.
Петька, заметив чёрную комету, несущуюся от купели, улыбнулся. Он перенес тяжёлый пакет из правой руки в левую, чуть не выронив кульки с пирожками.
Мальчик подошёл к коту, сидящему на лежаке, и крикнул:
— Ванюшка, давай к нам! У нас пироги свежие!
Баюн неодобрительно посмотрел на спутника.
— Нам, между прочим, путь нелёгкий предстоит, плотно позавтракать надо бы. А кикимор то дома остаётся, чего его зря кормить, еду тратить?
— Не ворчи. На всех хватит. Смотри, какой я тебе пирог взял, твой, личный, с рыбой.
Баюн принюхался к пакету, недовольная гримаса исчезла.
— С судаком что ль? — одобрительно пробормотал кот.
— Не знаю, я не уточнял.
— С судаком, — Баюн ещё раз понюхал пакет и запустил туда сначала лапу, а потом и мордочку.
Зашуршал, затрещал рвущийся бумажный пакет.
— Баюн, ты бы не рвал пакет то. Он бы нам ещё пригодился.
Но кот не слушал — он уже уплетал рыбный пирог. И только подрагивающий хвост торчал из бумажных ошмётков.
Тут пришёл и Ванюшка к столу, вскарабкался на лежак, хлопнул два раза в ладоши, и появился перед ними блестящий самовар, а сверху на нём заварник. Хлопнул ещё разок — и вот уже на лежаках две большие глиняные кружки и одна глубокая миска.
— Чайком побалуемся, — улыбнулся Ванюшка. — На дорожку очень хорошо.
Петька разлил чай по кружкам, а для кота наполнил ароматным напитком миску. Мальчик и кикимор ели пирожки, Баюн вылез из пустого бумажного пакета. В усах у него застряли крошки, но лицо было довольным. Он выпил половину миски чая и посмотрел на Петьку.
— А с чем там у тебя, говоришь, пирожки?
— С грибами, земляникой и ещё с чем–то. Продавщица угостила.
— Да ладно? Вот так просто угостила? — удивился кот.
— Это Людмила, — улыбнулся кикимор, отхлебнув горячего чая. — Она и меня часто пирогами угощает. Неместная она. Из три десятого.
— А–а–а, ясно, — кот снова красноречиво посмотрел на мальчика, а потом на кулёк с пирожками.
Петька улыбнулся и, раскрыв бумагу, положил пирожки перед Баюном.
После завтрака мальчик отправился к Кипучей реке — накупаться перед дорогой, напиться и набрать во флягу воды на дорожку.
Подходя к свежепостроенной бане, Петька заметил, что из трубы идёт дым.
— Вот блин! — с досадой воскликнул мальчик.
Баню то они для банника построили, но совсем не подумали, что кто–то может её занять. А это значит, что все труды напрасны!
Петька подошёл к домику и приложил ухо к двери. Он услышал, что кто–то льёт воду, отфыркивается и покрикивает: «Уф! Хорошо!». Мальчик занёс руку, подумал немного, но всё–таки постучал. Звук льющейся воды затих.
— Кто? — скрипуче поинтересовался кто–то из–за двери.
— Здравствуйте. Я тот, кто построил эту баню. Ну, не один правда, а с медведем. Вчера.
— И?!
