— Хорошо как! Баюнчик, ты не понимаешь, что теряешь. Жарко же! Окунулся бы. М–м–м?
— Спасибочки, но нет.
Повалявшись на ещё не горячих камнях, Петька встал и пошёл разводить костёр — пора готовить завтрак.
— Странно, — окинул он взглядом выброшенную на берег рыбу. — Мне казалось, я больше поймал.
— Я по–твоему должен был голодать, пока ты там плещешься? — возмутился Баюн.
— А как же мышки? — Петька с улыбкой посмотрел на кота.
— Я ещё не проснулся, чтобы охотиться. Тебе что, рыбки для котика жалко? Я, между прочим, тебя вчера от смерти спас, а ты!
— Да шучу я, шучу.
После завтрака кот внимательно посмотрел на Петьку и сердито поинтересовался:
— И что нам теперь делать? Думаю, тебе стоит попробовать погрузиться в море без зелья.
— Ты сбрендил? Как ты себе это представляешь?
— Ты вполне неплохо ныряешь. Вон плещешься как рыбёшка.
— Да. Но я не смогу попасть в замок Морского Царя. Дыхания не хватит.
— Ты можешь попробовать заплыть подальше, нырять там и кричать под водой: «Эй, Морской Царь, я принёс шкатулку! Давай меняться на посох!».
— Да уж. Отличный план.
Петька полез в рюкзак и стал доставать все ингредиенты для зелья.
— Хочешь сварить из того, что есть?
— Я хочу проверить и пересчитать, что у нас есть.
Цветов папоротника хватало. Их оставалось ровно три. Прутик плакучий ивы оставался в целости и сохранности. Воду легко набрать на роднике. Чешуйки с русалочьего хвоста закончились совсем. А вот листочки вдох–травы ещё оставались. Петька несколько раз их пересчитал — только пять. Но нужно то семь!
— Эх! Чуть–чуть не хватает.
— Какая разница? Чешуек то всё равно нет. Пойдём к Яге, пополним запасы и вернёмся.
— Давай подождём до вечера?
— А потом подождём утра, ведь утро вечера мудренее? — передразнил кот мальчишку.
— Вечером может снова появиться та русалка. Я всё–таки попробую с ней договориться, и тогда нам не придётся столько времени терять.
— Или она утащит тебя на дно морское. И будешь там рассказывать истории Морскому Царю веки вечные. Только ты мне тогда посох всё–таки вынеси. Авось пригодится.
— Баюн, ну вот я чувствую, что не желает она мне зла. Печёнкой чую.
— Не доверял бы я твоей печёнке, — вздохнул кот. — Если бы не она, у нас бы были все ингредиенты для зелья.
— Один вечер, Баюнчик! Пожалуйста!
Кот сурово сдвинул брови, дёрнул хвостом и буркнул:
— Ладно уж. Но только один вечер.
Баюн был уверен, что русалка не появится в этот раз. Вчера она явно испугалась и уплыла. А значит сегодня скорее всего будет держаться от камней подальше. Лучше потерять один день, чем слушать всю дорогу нытьё мальчишки о том, что нужно было попытаться.
От расстройства Баюн вспомнил, что нужно бы нормально позавтракать и отправился на склон утёса на охоту.
Петька разлёгся на берегу. Целый день расслабона! Остаётся надеяться, что русалка и правда появится вечером на камне. А договориться то он с ней точно сможет! А, может быть, она даже знает Морского Царя, и можно будет обменяться без погружения в морскую пучину.
Охота у кота совсем не задалась. Он никак не мог сосредоточиться и постоянно упускал добычу. А если это и правда возможно? И мальчишка достанет эту чешую. Что ж тогда возвращаться в три девятое из–за двух листиков вдох–травы?
Кот вынырнул из кустов и посмотрел на пляж. Мальчишка валялся на гальке и смотрел на море, перебирая камушки, лениво бросая их в воду. Вполне можно ненадолго оставить его одного.
Решено! Баюн рванув вверх по склону. В лесу вполне можно отыскать вдох–траву.
Петька решил устроить себе день лени и просто лежать и ничего не делать целый день. А почему, собственно говоря, и нет?
Сначала он полежал на спине, но быстро устал, потом на животе, подложив руки под подбородок. Но камни стали давить под рёбра. Мальчик перевернулся на бок — совсем не вариант. Тогда Петька сел, поджав под себя колени. Тоже неудобно, но терпимо. Чтобы чем–то себя занять, мальчик начал строить башню из камней. Но это занятие ему быстро надоело, и пляжное сооружение так и осталось недостроенным.
Он встал и начал бродить по берегу, собирая сухие палки, которые щедро выносило море во время шторма.
Солнце уже начинало припекать. Петька огляделся и увидел большие лопухи, растущие на склоне горы. Он отправился туда, выбрал самый большой лист и, сорвав его, использовал как зонт. Мальчик отправился в лагерь, чтобы бросить набранные дрова.
Уже подходя к давно потухшему костру, Петька услышал знакомое щебетание. На башне из камней, которую он только что возвёл, сидел снегирь.
— Ты вернулся? — обрадовался мальчик.
Птичка весело зачирикала и перелетала на плечо Петьки. Она прильнула к его шее, а мальчик заметил, что снегирь что–то держит в клюве.
— Ну–ка, что это у тебя?
Это оказался маленький бумажный конвертик. Мальчик начал его открывать, но потом решил подождать кота. А то будет потом бубнить, что это неправильно, там могло быть что–то опасное.
Прошло пять минут. Петька и снегирь всё ещё сидели в лагере под листом лопуха. Мальчик вглядывался в поросль на склоне горы, но кота нигде не было видно.
