— А то, как ты выразился, почему постоянно убиваем да грабим, — добавил Вампир, — это да, но в Зоне — жить захочешь, ещё не так раскорячишься. Не знаю как ты, а я лично не горю желанием при встрече с какой-нибудь тварью мутировавшей или двуногой со стволом в руках оказаться с пустым магазином. Так что выбирай сам — либо ты сталкер, либо ты труп.
Братья молча поплелись по коридору вслед за ушедшим в темноту Скелетом. Тень притормозил Вампира:
— А теперь я спрошу — что думаешь о них?
— Не знаю, — тот задумался, — но вроде толковые парни…. А у тебя так и не прошло желание Санька пристрелить?
— Жизнь покажет — отрезал свободовец.
…
Казалось, что этому длинному тёмному сырому тоннелю нет конца. Сталкеры шли наугад, никто не знал где они — просто шли в сторону моста, по направлению. Изредка в кирпичной кладке попадались старые электощиты с изображением германского орла, выцветшие и погнившие плакаты, на которых уже не разобрать ни изображения, ни надписей… и ни единой двери — просто длинный сырой коридор, ведущий в неизвестность. Они шли молча, вслушиваясь в каждый шорох. Зашипела взятая у одного из бандитов рация:
— Хмурый, что там за стрельба у вас?…. Хмурый, ты меня слышишь?
Сталкеры остановились и прижались к стене. Вампир снова решил сыграть в игру, но уже по рации. Он нажал кнопку вызова и хриплым голосом ответил:
— Это Хмурый, у нас всё в порядке.
— Что за стрельба?
— Да так, ничего, ствол проверял….
— А что долго не отвечал?
— Отлить ходил…
— Хмурый, ты мудак, Генрих что приказал? — никакой стрельбы в бункере по пустякам, так что драить тебе сортир неделю, вот там и нассышься вдоволь, а ещё раз стрельнёшь впустую — очко языком будешь вылизывать.
— Да ладно тебе, не парься.
— Это ты у меня париться будешь, мы тут собак стреляем, а вы там развлекаетесь. Сейчас Краб к вам пойдёт, сменишь его.
Вампир выключил рацию.
— Если собак стреляют, значит — выход есть… — шёпотом говорил он.
Сталкеры одобрительно закивали.
— Остаётся надеяться, что в правильную сторону пошли….
Где-то из глубины тоннеля донеслись шаги. Кто-то приближался не сильно торопясь, даже не стараясь обходить лужи — по всей видимости, в этом бункере бандиты чувствовали себя в полной безопасности. Впереди был небольшой поворот и сталкеры решили притаиться у него.
Шаги приближались. Вампир выглянул из-за угла. Тоннель уже освещался голубоватым светом фонаря Краба. Вряд ли когда-то сталкеры так радовались приближению бандита, но, судя по тому с какой быстротой после разговора по рации они встретили Краба — выход близко. Едва он переступил черту поворота, как тут же упал, оглушённый ударом приклада.
Шмуль подобрал обронённый бандитом автомат и, вынув из него затвор, спрятал его в карман.
— Если очнётся, то стрелять не сможет, — пояснил свои действия.
— Так, идём быстро и тихо, — командовал Вампир.
Дальше тоннель был прямой без поворотов и углов. Где-то в конце забрезжил дневной свет, манивший свободой.
— Хмурый, — вновь зашипела рация, — Краб уже пришёл?
— Да, — ответил Вампир, — я уже иду.
— Хорошо, шевели копытами, а то у мельницы зомбаки появились.
Сталкеры быстро и тихо приближались к заветному свету. На деле конец тоннеля оказался заваленным тупиком, рядом с которым был проход в разобранной кладке. Из этого прохода и пробивался дневной свет. Не доходя до него, они замерли и прижались к стене. Из прохода тянуло табачным дымом — бандит курил в ожидании. Вампир расстегнул ножны и взялся за рукоять ножа. Его остановил Шмуль, мол «давай я». Вампир кивнул и пропустил его вперёд. Долговец коротко заглянул в проём. За проёмом был вырытый земляной грот, занавешенный маскировочной сетью. Спиной к проёму возле станкового пулемёта на куче кирпичей сидел бандит в чёрном комбинезоне с нашивкой «мёртвой головы» на рукаве и, пыхтя сигаретой, осматривал в бинокль окрестности. Шмуль спрятался назад и, вновь прижавшись к стене, достал из кобуры пистолет:
— Один… — прошептал он.
— Хмурый, ну сколько можно тебя ждать, — раздался голос бандита, — я тебя слышал, чего там застрял? Опять ссать пристроился?
Шмуль присел на корточки и резко выглянул из-за угла. Раздался выстрел, а следом и грохот падающего на кирпичи тела.
— Ну, всё, — долговец выпрямился в полный рост, — путь свободен.
Грот выходил на заросшем склоне холма недалеко от старой деревянной мельницы, возвышавшейся на соседнем холме. Вплоть до самой мельницы раскинулась живописная долина, глядя на которую душа так и просится за лист бумаги и ручку. Слева возвышаются холмы, поросшие причудливо изогнутыми хвойными и лиственницей вперемешку с чернобыльской черёмухой. Пологие склоны холмов, усыпанные мелким кустарником и высокой по пояс травой, соединяются в чашу, образуя почти ровную ложбину. Справа ложбина плавно уходит в низину и упирается в камышовые заросли топи.
И как же приятно было приятно выбраться из этого тёмного логова бандитов. Сталкеры попрыгали вниз и поспешили убраться подальше в сторону мельницы.
— Я сейчас, — Вампир задержался у грота.
— Ты чего? — одёрнул его долговец.
