Потом я рассказал, как поживают наши общие знакомые в Вайрихе. А затем настала моя очередь задавать вопросы. Меня интересовали авалонцы. Как выяснилось, эти трое считаются у себя на родине героями, потому что победили какого-то ужасного лича. И теперь весь Авалон уверен, что они спасли не только свою страну, но и всё человечество от неминуемой и мучительной гибели. Что любопытно, лич этот в основном за черноволосым парнем гонялся, а тот, в свою очередь, пытался спастись. В процессе их разборок случилось множество разрушений и погибло очень много случайных людей. Очень странная история. Почему общество не объединилось против такой угрозы? Почему власть проявила слабость? Как получилось, что против "самого могучего лича в истории" бились подростки, ведь на тот момент эти ребята были много моложе? Непонятно.
А что касается неприятностей, которыми стращал рыжий, то Андор давно к ним готовится. Авалон уже не первый год ищет повод для конфликта, и этот повод должен быть таким, чтобы можно было выставить Андор страшным и беспощадным агрессором. И это известно всем, кто хотя бы чуть-чуть разбирается в политике.
Мы говорили, наверное, часа полтора. За это время помощники графа принесли нам ещё один чайник и поднос с выпечкой. Под конец встречи я вспомнил, что хотел попросить у главы охранки:
— Томас, пользуясь случаем, хотел попросить у тебя подписанное разрешение на посещение библиотеки в университете магии. Это возможно организовать?
— А я всё гадал, попросишь ты у меня что-нибудь или нет, — Раннер горько усмехнулся. — Последнее время все у меня что-то просят. Достало, если честно.
— Ну, если с этим есть проблемы, то я обойдусь. Спасибо за беседу, — начал я прощаться, слегка расстроившись таким окончанием беседы.
— Да сядь ты. Я не об этом, просьба твоя пустяковая, сейчас сделаем, — Томас поморщился. — Не в этом дело. Очень уж утомительно быть "большим человеком"… Я иногда думаю, что десятником жилось проще. Если бы не моя жена, то я, наверное, сошел бы с ума.
И тут я понял, зачем этот разговор нужен был Тому — он ностальгирует по прошлой жизни, а я для него — окно в прошлое.
— И мне бы тоже очень пригодился такой же пропуск, — подала голос Софи.
Томас поискал взглядом помощника:
— Стьюи, подготовь документы.
Пара минут — и мы получили прошение к ректору академии на посещение библиотеки для Марка Мейса и Софи Пакран на официальном бланке Тайной канцелярии и с незамысловатой подписью её главы. Мы тепло распрощались и покинули охранку.
***
— Ты где остановился? — спросила Софи, когда мы оказались на улице.
— В "Двух щитах", это хорошее место.
Девушка на мгновение поджала губы.
— Я хотела заселиться в "Приют пилигрима", но там сейчас нет свободных комнат, — она на мгновение прикоснулась к кошелю на поясе. А потом махнула рукой. — Ладно, буду шиковать, заселюсь в «Два щита».
Я хотел было отпустить реплику про то, что «Два щита» — это совсем не шик, но вовремя сообразил, что по сравнению с "Приютом" там почти королевский сервис. У кого-то, похоже, проблемы со средствами.
— Ты на лошади приехала в Сольрих или в дилижансе?
— У меня конь! — солидно заявила она. — Сейчас он на конюшне в "Приюте пилигрима" стоит, его забрать надо, да и сумку тоже, я ее на хранение хозяину оставила.
Назвать район Южный холм, где располагался "Приют пилигрима ", благополучным не получится при всём желании, и по доброй воле я бы туда не пошёл. Но я уже начал считать Софи членом своей команды, поэтому невзирая на протесты, взялся ее сопровождать. Да, она маг, а связываться с одаренным — себе дороже, но всё же не хочу рисковать.
Уже в таверне, когда Софи подошла к стойке к хозяину заведения, чтобы рассчитаться за постой лошади, я оглядел общий зал и без удивления увидел, что одна половина посетителей пялится на аппетитный зад девушки, а вторая присматривается к её сумке. Я демонстративно загородил компаньона от наглых взглядов и скромно засветил на руке магический шар. Какие понятливые люди! Сразу всё осознали и вернулись к своим делам.
А когда я увидел ее коня, натурально обалдел: здоровенная, чернющая и, похоже, жутко злющая скотина. Да этот конь раза в полтора больше обычной лошади, а мышцы под кожей так и перекатываются! Да как она вообще на него залезает? Ага, с трудом, но залезает — в этом я убедился. Крохотная, пухлая, рыжая девушка верхом на этаком монстре смотрелась ну очень странно и даже нелепо. Она подъехала ко мне, и счастливо улыбаясь:
— А вот и мой Пушок. Смотри, какой он у меня хороший, какой он у меня красивый. Ты ведь у меня самый лучший, правда? — погладила она, его по голове. А конь чуть ли не заурчал от удовольствия.
А я закашлялся, подавившись воздухом:
— Как ты сказала? Пушок? Как можно было назвать вот ЭТО Пушком? — я не сдерживал эмоций. — Вулкан, Попирающий врагов, Буцефал, Эклипс Непобедимый, Ужас, летящий на крыльях ночи, да хотя бы Гром! Как можно было назвать такого Пушком?
Софи рассмеялась и продолжала поглаживать коня меж ушей.
— Ты посмотри на лбу, тут у него такая нежная шерстка, прямо пух!
