К Пруссии Наполеон начал относиться весьма бесцеремонно. Сначала он допускал мысль об образовании ею, вместе с Саксонией, Гессен-Касселем, Мекленбургом, Ольденбургом, Голштинией, ганзейскими городами и др., северно-германского союза или даже «империи», но затем, ничего не сообщив Пруссии, организовал Рейнский союз и приказал своим дипломатам мешать устройству какого бы то ни было другого немецкого союза, медиатизировал родственный Гогенцоллернам княжеский дом Турн-и-Таксис и допустил кое-какие захваты границ со стороны великого герцогства Бергского. Пруссия была недовольна и замаскированным присоединением Голландии. Наконец, в Берлине узнали, что, сделав попытку мирных переговоров с Англией, Наполеон выразил готовность возвратить ей Ганновер, на который Пруссия смотрела как на своё достояние. Поэтому прусское правительство решилось на ультиматум с требованиями очищения французами южной Германии и согласия на образование «Северного союза». Наполеон отверг этот ультиматум и поспешил начать наступление.
В первой же битве при Зальфельде, 10 октября 1806 года, пруссаки потерпели урон, за которым через несколько дней (14 октября) последовало их полное поражение под Йеною и Ауэрштедтом, отдавшее во власть Наполеона всю Германию до Эльбы. Через две недели после Йенского сражения Наполеон вступил в Берлин (27 октября); вскоре после этого сдались Штетин, Кюстрин и Магдебург. На ганзейские города была наложена тяжёлая контрибуция. Из Кенигсберга, куда удалился прусский двор, Фридрих-Вильгельм III умолял Наполеона прекратить войну, соглашаясь присоединиться к Рейнскому союзу; но победитель делался все требовательнее, и прусский король вынужден был продолжать борьбу. После занятия французами Данцига состоялся Тильзитский мир, сопровождавшийся встречей французского и русского императоров в павильоне посреди реки Неман.
По условиям Тильзитского договора Пруссия лишилась половины своих владений. Из польских земель, доставшихся Пруссии по первым двум разделам Речи Посполитой, было организовано великое герцогство Варшавское, поступившее под власть короля саксонского. У Пруссии были отняты все её владения между Рейном и Эльбой, в соединении с курфюршеством Гессенским, Брауншвейгом и южным Ганновером образовавшие королевство Вестфальское, во главе которого был поставлен брат Наполеона, Иероним, тоже примкнувший к Рейнскому союзу. Кроме того, Пруссия должна была выплатить огромную контрибуцию, содержать до окончательной расплаты за свой счёт французские гарнизоны и соблюдать разные стеснительные условия, выгодные для Франции (насчёт, например, военных дорог). Наполеон стал полным властелином Германии. Во многих местах вводились французские порядки, бывшие плодом революции и организаторской деятельности Наполеона. Деспотизм Наполеона и местных правителей, постоянные наборы в армию и высокие налоги тяжело отзывались на немецком народе, чувствовавшем своё унижение перед чужеземным владыкой”. [http://ru.wikipedia.org/wiki/Наполеоновские_войны]
(Берлин, Берлинский Городской дворец, 11 декабря 1806 года)
Мужчина, сидящий в приемном зале Элизиума, был одет как настоящий денди. Темноволосая полногрудая девица рядом с ним казалась бледным отражением его мужественного величия. Она нервно покусывала ногти, поглядывая то на невысокого плотного господина в тяжелом плаще, то на своего спутника. Ровно в двенадцать в приемную комнату Принца зашла молодая девушка с круглым белым лицом, и денди вскочил, откланиваясь и подталкивая свою подругу. Господин в плаще лишь слегка склонил голову и, не поворачиваясь к девушке спиной, покинул комнату.
— Спасибо, Неил, — сказала девушка удаляющемуся слуге и перевела взгляд на оставшихся. — Чего ждем? Заходите!
И, не дожидаясь, когда они двинуться, сама открыла двери. За порогом сразу раскланялись гули, и, придерживая створки дверей, позволили гостям войти.
— Доброй ночи, — поприветствовал вошедших мужчина лет тридцати. На нем был очень дорогой сюртук, немного отстающий от моды, но его качество затмевало его устарелую форму. Лицо приветствующего было гладко выбрито, темные волосы аккуратно уложены, в движениях и фигуре чувствовалось уверенность и сосредоточенность. — Прошу вас, присаживайтесь, госпожа Виолетта, Принц Берлина будет с минуту на минуту, — сказал он девушке.
— Благодарю, но я не собираюсь тратить свое время на ожидание допотопного старика. Наша встреча была назначена на двенадцать, и если Густав отсутствует, ты сам можешь засвидетельствовать приезд гостей, Вильгельм Равенсбург, — сказала девица, вальяжно помахивая перчаткой и предлагая денди и его спутнице выйти на середину зала.
— Мы не начнем без Принца. Простите, — отрезал Вильгельм.
Денди замешкал, поглядывая то на Сенешаля, то на Юстициара и все же вышел в центр.
— Мое имя Теорон, я Потомок Сабины Митралфо, Дочери Энтони Себастьяна… — начал он, но Вильгельм махнул ему рукой.
