Дружки Анжело, явно раздосадованные её отсутствием, ловили её, когда она возвращалась к ночи, чтобы обслуживать клиентов, и донимали расспросами, издёвками и читали морали. Когда её поймал сам Анжело, схватив за юбку и не позволяя сбежать, она сначала пнула его ногой, а затем, когда тот рассмеялся на её жест, плюнула ему в лицо, за что Анжело вытащил её на улицу и, вдали от глаз Тремера и его гулей, избил девушку хлыстом, что использовал на своей лошади.
За эту неделю Диту посетили ещё трое вампиров. Только третий пить не стал. Бруджа – Изабелла, Борис и Робин. Последний был мрачный, пугающе бледный и его клыки, казалось, вообще были не способны убраться. Он сидел с ними, обозревая, как его сородичи питаются. Не сказал ни слова, лишь глазами блестел, холодными, как куски льда. Девушка только радовалась, что это не Носферату.
В понедельник Дита твёрдо решила работать, потому что ей были нужны деньги на книги и потому что от голода болела голова. В столовой, после сна, её встретил незнакомый мужчина, невысокого роста, плотного, коренастого телосложения и с большими накаченными руками. На вид ему было около сорока, у него была большая густая борода, прокуренное лицо в глубоких морщинах и большой живот. Кларисса сказала, что он – новый слуга Петра, и будет заниматься стадом вместо Романа. Звали мужчину Коган, и напоминал он бывшего моряка.
Коган спросил с Диты жетончик. Голос у него был звучный, басовитый. Таким как раз девиц по залам гонять. Когда Дита стала врать, что жетончик потеряла, мужчина наполнил большую тарелку супа и, покрутив ею у девушки перед носом, вылил обратно.
— Это могла бы быть твоя еда, но для еды нужно РАБОТАТЬ! — Крикнул он так, что Дита невольно сделала несколько шагов назад.
Новый строгий распорядитель не порадовал. Бесплатная еда закончилась, а работать не хотелось с прежней силой. Дита поскучала за столом с Марис, девушка по доброте душевной дала подружке облизать свою миску, а потом всей толпой они отправились на работу. Дита с Марис пошли к винным складам, одели передники. Коган явился после того, как раздал поручения на кухне и уборщицам.
— Ты, ты и ты, — ткнул он пальцем в трёх девушек, — не знаю, как вас всех зовут, — мужчина почесал затылок, — обслуживаете второй зал. — На схеме указал столы, где им придётся работать. — Каждый понедельник буду вас менять, так что не привыкайте к этой позиции. — Оставшиеся, — Коган обвёл взглядом пятерых девиц, — встали по росту! — Скомандовал он.
— Теперь, самая длинная закажет на кухне бирки с именами. Чтоб на каждую девицу было, а то я с вами путаюсь. И твои столы рядом с восточной стеной.
Дита кивнула и пошла на кухню.
Не зная, кому передать поручение Когана, она отловила поварёнка и сообщила, что требуется сделать. Поварёнок попросил составить список всех имён, чтоб передать потом кузнецу. В капелле жило более двадцати пяти девиц, и Дита не знала и половины их имён. Пришлось оббежать всех девушек и записать их. Бумагу дал Март, и перо у него тоже нашлось. Правда, чернила в нём засохли очень быстро, и Дита, проткнув себе палец, дописывала имена кровью. На составление списка ушло полчаса. Девушка очень торопилась, но, когда добралась до залов, Коган обругал её за медлительность. За её столами уже сидели посетители и Дита, стараясь вызвать у гостей как можно больше положительных эмоций, чтобы получить побольше чаевых, стала обслуживать их с улыбкой.
Часам к восьми она порядочно устала, но насобирала монет почти на пару пфеннигов[1] и смогла подъесть остатки после посетителей. Но потом явился Анжело, и ей приходилось каждый раз проходить мимо его стола, чтобы добраться до служебных комнат. Анжело ставил ей подножки, посмеивался над ней и всячески мешал работать. Дита терпеливо его игнорировала. Она была уверена, что успеет на нём оторваться, когда будет обслуживать его стол. Но Анжело не унимался, а когда к нему явились его дружки, они все вместе принялись её цеплять.
Дита выбегала в подсобные комнаты и, пытаясь себя успокоить, пересчитывала свои монетки. Но Анжело, удивлённый её спокойствием, проследил за ней, и, когда Дита в очередной раз развернула платочек со своим богатством, выхватил деньги у неё из руки.
— А! Моё! — Закричала она сразу, пытаясь вернуть заработанное.
— И ради этих жалких грошей ты корячишься весь день? — Сказал Анжело, посмеиваясь и рассматривая монетки.
— Я их честно заработала!
— Проституткой получала бы на порядок больше, — рассмеялся мужчина и спрятал деньги в свой карман.
— Нет! Отдай! — Прокричала Дита, стараясь добраться до своих денег. Но Анжело легко её отталкивал, не позволяя приблизиться к себе, откидывая её всё дальше и дальше. Наконец, Дита упала и замерла, чувствуя, как гнев переполняет её через край. Быстро поднявшись, она побежала в противоположную от него сторону, в след ей раздались его смешки.
