— Простите, я был бестактен. Но вам, как столь старому и разумному Вентру, должно быть ясно, что содержание гуля Юстициара под своей опекой – это возможность большого влияния на Тремеров. Я уверен, вы имеете какие-то особые причины, раз отдаёте девушку в распоряжение Вены.
— Дита – маг. И я знаю, на что способна смертная, а также на что способны такие, как она. Я беспокоюсь за безопасность города.
— Дита необразованна, ей не объясняли основ магии и её способностей. Всё, что она может – это снабжать вас кровью. Мой дорогой Принц, вы ведь не хотите лишить город «бездонного сосуда» и отдать столь ценный материал Венгрии? Это значительно усилит и повысит их возможности.
Густав задумался лишь на мгновение и, словно приняв новое решение, погладил свой гладко выбритый подбородок.
— Ты прав, Бруджа. Тремерам ни к чему неограниченный источник крови. В таком случае, я заберу её себе.
— О, ваше величество, — Джетт склонил голову ещё ниже, — я не сомневался в вашем благоразумии. Вы надёжный правитель, способный принимать важные решения.
— Хватит лести!
— Но есть небольшие обстоятельства. Дита принадлежит мне, и я отдал Пётру девушку в пользование взамен на магическую защиту. Вы знаете о моём чёрном прошлом и о том, что эта защита мне необходима.
— Почему ты думаешь, Бруджа, что меня должна беспокоить твоя безопасность?
— В нашем мире всё строится на взаимном доверии, статусах и услугах. Я не могу отказаться от своего договора. Девушка принадлежит мне, и я передал её Тремерам. То есть хоть она и моя собственность, но я не могу отобрать магичку у Пётра. Кроме того, лишь бессмертные маги смогут гарантировано удержать её силы.
— Не рассказывай мне про услуги. В нашем мире всё строится на силе. И сила города сосредоточена в моих руках. Если мне нужен «бездонный сосуд», я получу его не зависимо от твоих желаний и договоров Тремеров.
— Вы и так распоряжаетесь ей. Дита живёт в вашем городе, и лишь вы можете решать её судьбу. Но для вашей же безопасности её лучше держать в доме Тремеров. Они знают, как справляться с такими, как она. — Джетт снова глубоко поклонился, — но я не посмею вам возражать, если вы можете быть уверены, что справитесь с проблемами, которые может магичка вызвать.
— Именно нежелание иметь проблем в своём городе заставляет меня отослать её.
— Пётр справиться с её магической натурой, и позволит вам иметь допуск к «бездонному сосуду». Пока Дита в ваших руках, вы можете управлять консулом Тремеров, можете давить на Карла, можете не ограничивать себя и своих детей в крови. И присутствие Диты сдержит Палача от многочисленных убийств и нарушений Маскарада, — Джетт, продолжая склоняться в поклоне, покосился на женщину.
Катерина бросила взгляд на пирата, и, слегка кивнув Сиру, произнесла:
— Я бы хотела забрать её себе.
— А ты сможешь справиться с её магией? — Густав довольно грубо прервал дочь. — Решено. Карл не получит девушку и она будет жить у Пётра, обеспечивая старших Вентру кровью.
— Это прекрасное решение, — сложился пополам Джетт, подметая пол своим гусиным пером на шляпе.
— Катерина, отправь Диту к Пётру и напомни, что Карл должен уехать из города до рассвета, — Густав махнул присутствующим рукой, гоня их из зала: Принц уже устал, его клонило в сон.
Палач снова кивнула и, подхватив со стула Диту, вытолкнула её из зала.
Катерина рычала от недовольства: ей снова отказали! За женщиной выбежал её слуга и, не отставая ни на шаг, ждал распоряжения госпожи.
— Бэн, доставь девчонку к Тремерам и передай указания Принца, — Катерина вышла из холлов дворца и уставилась на тускнеющие звёзды. — Я отправляюсь к Вильгельму, и не вздумай беспокоить меня в ближайшее время!
Юноша поклонился, а женщина, бросив последний взгляд на смертных, исчезла. Из дверей вышел Джетт. Дита сразу опустила голову, делая вид, что не замечает бывшего хозяина, и пират расстроено прошёл мимо, запрыгнул в свою повозку и отправился домой.
— Пошли, — махнул девушке рукой Бэн и направился к своей привязанной лошадке. Дита поплелась следом. За сегодня она порядочно устала, а сейчас ей ещё придётся объясняться с Тремерами, оправдываясь перед Юстициаром за Принца и Джетта.
— Сколько проблем от Испанской Принцессы! — сказал Бэн, помогая ей сесть, — всех всполошила! Если Густав будет снова ссориться с Карлом, Берлину придёт конец!
Девушка молчала, и Бэн удивлённо подёргал её за рукав.
— Ты молчалива, как никогда, — попытался пошутить юноша.
— Да уж, даже в утробе матери я и то была разговорчивей, — произнесла Дита задумчиво.
— Верю, что и там ты болтала без умолку.
— Болтала, — наконец улыбнулась девушка, — мой крёстный рассказывал, что я говорила «бу» и «ш». Шипела и пугала матушку, — Дита хихикнула и подняла на гуля взгляд.
— Так-то лучше. Хоть на себя похожа, — сказал он холодно, но глаза его улыбались.
Принцесса вздохнула, устало и обречённо. И, положив голову на широкую и жёсткую грудь гуля Палача, закрыла глаза.
— Выспаться бы, наесться бы, — сказала она мечтательно, обнимая юношу за поясницу, и потёрлась щекой о шершавый военный камзол.
— Так выспись и поешь.
