Он бы мог поспать, у него не было планов, и день снова был свободен, но спать радом с принцессой он не мог: слишком сильно её хотел и, слыша голос Диты, возбуждался так, что не мог думать ни о чём более, как о ней. На соседней улице жила молоденькая вдова, которая за пару монет с радостью удовлетворит его и позволит отоспаться в своей постели. Бэн приготовил её для Вильгельма, и женщина всегда была рада видеть юношу, явна обделённая мужской лаской. Но, с появлением Диты, Бэн почти забыл обо всех своих любовницах и подружках, что собирал, как стадо для Вентру. Кровь Диты подходила всем, и Вентру больше не нуждались в услугах гуля Палача. Но, кажется, все эти девицы вполне могут пригодиться ему самому: пока Дита продолжала вилять хвостом рядом с ним, он сам чувствовал себя обделённый женским вниманием.
Когда двери за гулем закрылись, Дита печально вздохнула и достала для Ангелины принесённый обед и свежие газеты.
— Мне кажется, ты к Бэну не равнодушна, — делая вид, что листает газету, заметила женщина.
Дита хотела махнуть рукой и сказать подруге правду, что мрачный и жестокий Бэн её скорее пугает, чем привлекает, но Джетт хотел, чтобы она соблазнила юношу. И попробовать действовать через Ангелину – это хороший шанс. Она не хотела использовать подобным образом лучшую подругу, но ради хозяина можно и не такое сделать.
— Да, — сказала она, как бы по секрету.
— Осторожнее с ним, — со вздохом сказала женщина. — Может он и выглядит добрым и надёжным парнем, но он старый гуль Палача, и его доброты хватает ровно до того момента, как проголодается наша госпожа.
— Катерина очень любит мою кровь, — призналась Дита. А Ангелина заметно покраснела.
— Я слышала. И завидую тебе. Прости, не хочу об этом говорить, — она резко стала листать газету, стараясь унять своё расстройство.
— Ты подскажешь мне, как лучше найти подход к Бэну? — не сдавалась принцесса.
— Думаю, ты и так ему симпатична. Но я бы не хотела, чтобы он… убил тебя.
— Откуда такие мысли?
— А тебя не смущает, что Бэн такой красавчик, а подружки с ним никогда рядом нет?
— У большенства из гулей нет пары. Это мне кажется нормальным.
— Я не про пару. Когда ты любишь лишь своего господина, все другие люди превращаются в грязную массу, которая по сути тебя ничем не привлекает. Если что-то и случится, какое-то подобие отношений, то всё равно будешь сравнивать свою пассию с господином. А когда поймёшь, что нет ничего схожего, то сбежишь с отвращением. Или убьёшь, чтоб под ногами не мешалась.
— Наверно, я не понимаю, — Дита любила лишь Джетта, и не могла представить отношения с другим. Соблазнить Бэна, заставить его сблизиться с собой, заставить его доверять себе. Это как работа. План, который нужно выполнить, а что там дальше с ним будет, она не продумала.
— Бэн любит женщин, не буду скрывать, он знает, что с ними делать. Но они ему не нужны. Ни одна, кроме Катерины. Ты очень молодая, тебе может казаться, что за гранью между чувствами к господину есть возможность для других чувств. Но их нет. Бэн обожает влюблять в себя молодых и красивых. Таких, как ты. Он использует их для удовлетворения своих низменных потребностей, а потом уничтожает, как расходный материал. Я бы не хотела, чтобы он избавился от тебя.
— Ммм, — протянула Дита. Она задумчиво оперлась на ладонь и, казалось, не слушала. Углубившись в мечты о Джетте, она забыла о существовании Ангелины и Бэна.
— Ты словно малое дитя, — вздохнула женщина. — Но если Бэн тебя обидит, ты скажи, я ему устрою взбучку, — пошутила она, стараясь отвлечь Диту от мечтаний.
Девушки снова вернулись к занятиям, о Бэне более не вспоминая. Хотя Ангелина действительно тревожилась за подругу, она не знала, как её уберечь и чем убедить.
Часам к пяти, они обе утомись, и Ангелина, погасив лампы, легла на солдатскую лежанку. Дита сказала, что ещё почитает, и, когда подруга заснула, тихонько пробежалась глазами по всем бумагам, что нашла у слуг Палача. Потом забралась на стул с ногами, уложила голову на стол и почти сразу уснула.
Бэн вернулся после восьми. Он надеялся не застать Диту в их каморке, но принцесса сладко спала, свесив руки со стола, используя вместо подушки крышку от котомки. Бэн с улыбкой нагнулся к ней, погладив по волосам, он осторожно поцеловал её в щёку. Дита вздрогнула и улыбнулась. Её прекрасные губы. Он провёл по ним большим пальцем руки, глубоко вздыхая и мечтательно закрывая глаза.
— Бэн! — громким шёпотом окликнула его Ангелина. Сестра проснулась.
Бэн отпрыгнул от девушки, как ужаленный, и сделал невинное лицо.
— Оставь её в покое! — приказала Ангелина.
— Что с тобой, я ничего ей не сделаю, — попытался он успокоить напарницу.
— Знаю я, как ты ничего не сделаешь. Если бы Катерина не хотела сохранить меня для своей службы, ты бы и меня убил, — сердито произнесла она.
— Что за глупости! Ангелина, я тебя всегда поддерживал, как мог!
— Ты даже сам этого не замечаешь, старый изверг. Ты спишь с девушкой, а потом её убиваешь. Не смей трогать Диту, она наивна, молода! Она не для тебя!
