Катерина зажала руками уши и поморщилась. Заметив её недовольство, к девице подбежал Бэн и, прикрыв ей рот, стал тихо что-то нашёптывать.
— Всё? Где ещё вампирчики? Столько крови потрачено на всего парочку кровопийц! — сердилась Палач.
— Вампиров было пятеро, с ними – трое смертных слуг, — сообщила Мила, — пожалуйста, не убивай её, — обратилась она к Бену, заметив, что секретарь уже успокоилась, — Каспар сотрёт ей память, она ничего лишнего не скажет.
— Дай сюда, — опомнилась Катерина, и, бесцеремонно вырвав девушку из рук слуги, вцепилась ей в шею. Мила только вздохнула, не смея перечить вампирше. — Ах, теперь намного лучше, можно и спать, — Катерина рассмеялась сама над собой и повернулась к Миле. — Назад тебя отвезёт Бэн. Каспару передай, что сочтёмся завтра.
— Да, спасибо, — печально ответила девушка.
— Я был уверен, что буду тут лишним, — вздохнул Эрих.
— Ты меня до дома отвезёшь, у тебя красивая карета, — подмигнула Шерифу Палач.
— Знал, что ты меня только ради этого и позвала, — Эрих махнул на женщину рукой и, выбравшись из дома, поплёлся в сторону дороги, где оставил экипаж.
Бэн свою лошадь оставил чуть в стороне среди болот, так как не знал, куда точно направляется. Распрощавшись с хозяйкой, гули двинулись по трущобе, пытаясь в полной темноте не провалиться в какую-либо канаву или не выколоть глаз о торчащие ветки.
Мила держалась неплохо, хотя на ней были бархатные тапочки и очень тонкое платье, которое почти полностью разорвалось. Бэн, заметив, что девушке по лесу идти сложно, взял её на руки.
— Есть идеи, почему они тебя захватили? Я пытался изучить прах, но никакой информации о том, откуда они и зачем пришли не получил, — Бэн аккуратно придерживал ветки, чтобы они не хлестали девушку по лицу.
— Идеи есть. Но они тебе не понравятся.
— Озвучивай. Я взял с собой прах, надеюсь, что Шериф завтра что-нибудь разглядит.
— Это были молодые саббатники. Они ничего не знали, получили инструкции от старших и только их исполняли.
— Жаль, никого не удалось захватить. Катерина разошлась, не успел её остановить, — Бэн замер на небольшой открытой поляне и осмотрелся, пытаясь вспомнить, где осталась его лошадка. Покрутив головой, он тихо посвистел, и со стороны озера ему ответило ржание. Быстро преодолев последние сто метров, юноша вышел на лесную тропку, где и нашлась кобылка.
— Садись, Мила. Я пойду пешком, пока не выберемся из леса, а то Силь ноги может подвернуть, — юноша помог девушке сесть и, взяв животное под уздцы, направился в сторону Берлина.
— Так какие догадки? — вернулся он к старой теме.
— Не догадки. Я слышала, как один из них общался телепатически.
— Чёрт, надо было обследовать на месте, — продолжал Бэн.
— Да, нужно было, — девушка явно говорила с неохотой.
— Извини, что перебил их. Ты так и не сказала, что от тебя хотели и кто.
— Их отправил за мной Роман.
— Что? Он жив?
— Да, и он приедет за мной!
— А почему Саббат? Роман присоединился к этим безумцам?
— Я не знаю, и мне всё равно. Я не хотела говорить это при Катерине, но лучше бы вы оставили меня там. Я не хочу возвращаться к Каспару! Всю свою жизнь я любила Романа и до сих пор люблю. Пусть прошло сто лет, для меня это не важно.
— Ты уверена, что это был Роман?
— Да, более чем. Слышала, как тот вампир к нему обращался, — Мила вздохнула и задумчиво произнесла: — я бы так хотела услышать его голос, я вижу его во сне, словно он рядом, хотя не видела его столетие. Я не могу его забыть, он был моей первой и настоящей любовью.
— Я не слишком сведущ в подобных эмоциях. И у тебя же есть Каспар. Как ты можешь думать о другом?
— Каспар? Каспар! Ненавижу его! — воскликнула Мила в сердцах.
Бэн остановился в изумлении, смотря на девушку.
— Ты связана с ним Узами, ты его гуль!
— И что? При встрече с ним я словно теряю контроль, не могу отвести от него взгляд, чувствую желание, влечения. Понимаю, что он всё в моей жизни, что мне без него не выжить. Но как только он засыпает… — Мила замолчала. — Я ненавижу его до дрожи. Кровь сделала меня зависимой от Каспара, от его вите, однако он слишком занят, увлечён своим бессмертием. Он сделал меня помешанной на любовных ласках, я жажду его внимания, жажду любых чувств. Но он просто меня использует, смотрит на меня и видит красивую игрушку.
— Каспар был добр и внимателен к тебе. Я не понимаю…
— Я всегда любила только Романа, я идеализировала его, он был моей первой любовью, а такое не забывается. А Каспар обманул меня. Сказал, что Роман мёртв, лишил девственности, что хранила я для своего жениха, и женился на мне, пока я была в шоковом состоянии, пытаясь понять, стоит ли мне продолжить жить без любимого. А потом Каспар дал мне своей крови и сделал своей рабой, безвольной скотиной, кормом. Рядом с Каспаром я всё время жду хоть какого-то внимания, хоть одно доброе слово. А слышу от него – подай и принеси. Сделай то и это. Мне хочется угождать ему, чтобы он был мне благодарен, но он обращается со мной как с вещью!
— Мы и есть вещи. Мы должны радоваться, что господа нами довольны.
