Катерина ждала их в Шарлоттенбурге. Палач отловила какого-то Носферату в лесах Груневальда и решила, что её долг исполнен. Она снова стала задерживаться у Вильгельма, но ведя расследование о пропаже гулей, Бэн не чувствовал себя ущемлённым без внимания госпожи. Впрочем, все сожаления о связи Катерины с Вильгельмом улетучивались, когда приходил день, и в его комнате появлялась Дита. Улыбка девушки превращала его вечность в рай. Принцесса не просто скрашивала одиночество Бэна, она помогала забывать о драгоценной хозяйке, не думать об уничтожении Катерининого любовника и поднимала настроение на пару дней, которые гуль теперь тратил на ожидание подружки, а не на мысли об убийстве Вильгельма.
Дита освободилась из объятий вампиров, и Бэн помог ей расправить спутавшиеся волосы. Ожидая распоряжений госпожи, гуль выставил подружку за дверь. Катерина одела рубашку и повернулась к слуге, предлагая остричь её волосы.
— Катерина, — окликнул её Вильгельм, — останься на эту ночь со мной.
— Еще одна ночь, Вильгельм, за Берлином никто не смотрит. — Неуверенно сказал Катерина, но слугу остановила.
— У тебя есть гули, у меня есть гули – пусть слуги делают то, зачем были созданы, а мы побудем хоть немного вместе. — Его сладкий голос раздражал Бэна, но он старался не обращать на него внимания, слушая лишь госпожу.
— Не могу сказать, что это хорошая идея, но провести с тобой ещё одну ночь... — Катерина скинула надетую рубашку, запрыгивая к любовнику в постель.
— Чем прикажите заняться, госпожа? — Как можно более сдержаннее произнес Бэн.
— Общий обход. Анжело также будет извещён, — ответил за неё Вильгельм, так как Катерина была уже увлечена поглощением крови.
Гуль кивнул и быстро вышел. Смотреть на их любовные игры было болезненно для него.
В коридорах как всегда шумела девчонка, и Бэн невольно улыбнулся её беспечности и раздраженным лицам гулей, что пытались её унять. Девчонка развеивала тоску и стирала тяжелые мысли о связи Катерины и Вильгельма.
Замерев на пороге, Бэн вслушался в тихий и довольный шепот госпожи. Палач хвасталась, как расквиталась с незваным Каинитом, и её самодовольство заставляло Бэна улыбаться ещё сильней. Он же быстро поделился всеми последними событиями, не забыв упомянуть о том, что Виктория использовала на него обольщение, и чем это кончилось, но Палач была слишком увлечена зубами любовника и равнодушно отмахивалась от таких новостей.
Когда Катерина покинула его мысли, Бэн с лёгким сердцем подхватил принцессу и быстро унес её, от греха подальше, пока слуги Вильгельма не сбежались на цоканье её каблучков.
Дита всё ещё безумно пугалась слугу Палача и отчаянно пыталась себя развеять играми. Когда же он её трогал, она сжималась, интуитивно чувствуя исходящую от него угрозу. В саду юноша усадил её на лошадку, и Дита снова затараторила, чтобы заглушить мучащие её мысли. Бэн делал вид, что внимательно слушает болтовню девушки.
— Вчера опять приходил этот противный тореадорешка Жак, — девушка очень невежливо отзывалась о посетителях Петра, но Бэн уже привык к её грубостям, и не перебивал. — Он всё продолжает заказывать меня, хотя знает, что я его терпеть не могу.
— За что же? — дежурно поддержал он беседу.
— Да такой же, как все – кровопийца и убийца, — фыркнула презрительно она. — Убил множество девиц из общественного стада, и всё ему мало. А ещё насилует их перед тем, как сожрать.
— Вот как? — Сказал он с большей заинтересованностью.
— Я ему не далась, — с какой-то гордостью добавила Дита, — когда он ко мне в первый раз полез, я залепила ему хорошую пощёчину. Теперь ходит кругами и только вздыхает, — она звонко рассмеялась.
Бэн дернул повода, останавливаясь в квартале от капеллы в каком-то узком переулке.
— Ты что сделала? — Спросил он жёстко.
Дита сжалась от ужаса, осматриваясь и ища пути для побега.
— Не тебе меня судить! — Со злостью выдавила она, вновь чувствуя, как её переполняет ужас.
— Я не сужу, — быстро прервал он её, — я восхищаюсь.
Юноша спрыгнул на землю и, спустив её, прижал к себе. Крепко обнимая, он стал осторожно и нежно целовать её. Дита лишь покачала головой, его эмоции были для неё загадкой. Ещё никогда она не путалась в людях настолько, что не могла с ними говорить. Возможно, это из-за страха, что Бэн в ней вызывал, но она его не понимала.
— Темноты боишься? — Спросил он, не отрываясь от её губ.
Девушка лишь кивнула, стараясь ни о чем не думать. Её коленки тряслись, и она хотела поскорее вернуться домой.
— Не бойся. Со мной ты можешь ничего не бояться.
Он не дал ей ответить. Просовывая в неё свой язык, он жадно и страстно вцеплялся в губы девушки. Два дня она не появлялась в его комнате, и Бэн чувствовал, как соскучился по ней. Именно по ней. Никогда ранее он не ощущал такой привязанности. Дите от его поцелуев стало спокойнее, и принцесса отдалась его воле.
