Бэн не хотел Вики. Не хотел совсем. Можно было закрыть глаза, смыть её образ и думать о Дите, но всё это было бессмысленно, потому что его тело при единой мысли о Бруджа потеряло всякое желание. Вся его страсть и желание устремились к принцессе, ему нужна была лишь она.
Привязанность.
Это бесполезное, безнадёжное чувство, когда тебе хочется просто быть с кем-то. И не важно, что вы будете вместе делать, не необязательно даже делать что-то. Когда Дита рядом играет, шумит, болтает, суетиться и мусорит, когда Дита с ним, жизнь изменяется. Обретая покой, можно забыть о вечности. О страданиях и смерти. Можно любить и быть любимым. Бэн хотел быть любимым. Всегда. Даже когда его любили ненужные, бесполезные женщины. С ними было теплее. Вики была ему не нужна, но его грели чувства мёртвой вампирши. Может, и ненастоящие, но если она сама так чувствовала, то её любовь можно было впитывать, забирать.
Но от Диты принимать этого не хотелось, хотелось большего. Бэн убил бы её с радостью, изрезал на мелкие части, выпотрошил и заполз бы в костюм из кожи, из смеха, эмоций девушки. Ему хотелось этого каждый раз, как он притрагивался к ней. Когда он занимался с ней любовью, он мечтал втолкнутся в Диту и слиться с ней.
Но такие чувства для него были недопустимы.
Вернувшись к своей кобылке, Бэн медленно направил животное к городу.
У него есть дела поважнее, чем упиваться страстью к красотке.
Дела, в коих заключается смысл его существования.
Он должен служить.
Служить Катерине верою и правдой. Забыть обо всех остальных, о смертных и бессмертных, и принадлежать лишь любимой госпоже.
Дита же мешает.
Девчонка влезла в его душу и мешает сосредотачиваться, служить, исполнять свой долг.
Дита отбирает у него Катерину.
Бэн, окончательно выкинув все мысли о романтике и своих желаниях, подъехал к Тремерской капелле. Наколько бы Дита не была для него привлекательна, гуль был уверен, что способен контролировать не только своё тело, но и свои мысли. А в мыслях принцессе было не место. Поэтому выход для Бэна был только один.
В зале было тихо. Смертных посетителей почти совсем не было, и Дита за своим столиком выглядела слишком притягательно, чтобы редкие заглядаи проходили мимо. Девушка скучала, отмахивалась от назойливых зевак и, заметив Бэна, радостно заулыбалась и махнула ему рукой.
Юноша сразу направился к ней. Сел за столик и, злобно шикнув на прилипшего мужика, серьёзно посмотрел на девушку. Дита мило улыбнулась, тихонько шепнула «спасибо» и смотрела ему в глаза, словно забыла о его дневном побеге.
— Дита, не приходи ко мне больше, — быстро и твёрдо сказал Бэн. — Мы больше не встречаемся, не общаемся и не спим вместе.
— Что? Почему? — искренне удивилась она.
— Ты мне мешаешь!
— А как же занятия с Ангелиной? Да и обеды кто будет вам приносить?
— С Ангелиной можешь заниматься в другом месте. В моём жилище более не появляйся и ко мне без повода не подходи! — Бэн говорил сухо и строго.
— Ладно, — она расстроено опустила взгляд, — а к Катерине ты меня возить будешь?
— Буду.
— Хорошо, — Дита улыбнулась,— спасибо, Бэн, мне было с тобой хорошо. Надеюсь, мы останемся друзьями.
— Не говори ерунды! — злобно воскликнул он. — Забудь обо мне, никаких отношений! Да и… ты же знаешь, как меня к тебе тянет, это издевательство!
— Тогда почему?
— Именно потому! Ты мешаешь мне работать. Мешает моё физическое влечение. Так что не суйся ко мне. Будешь и дальше вертеться рядом – я уберу тебя, чтоб не отвлекала! Тебе всё ясно?
Принцесса коротко кивнула.
Гуль Палача быстро поднялся и, не оборачиваясь, вышел. Дита вздохнула с облегчением.
Бэн её отпустил и не прикончил. И то хорошо, однако девушка чувствовала сожаление. И не только потому, что хозяин требовал быть с Бэном рядом. Потому, что она к нему привыкла.
Комментарий к Глава 6. Волшебство крови. Часть 07. Магическая плазма [1] Примерно 300 кв.м.
[2] Примерно 3 метра.
====== Глава 6. Волшебство крови. Часть 08. Переложенная ответственность ======
Беты (редакторы): Simeon Stefan Batory
(Темпельхоф. Hermannplatz. 10 сентября 1808 год. Ночь). Пятница (Виктория)
Робин прислал Вики приглашение в красивой коробочке. Помимо письма, в ней так же обнаружились прекрасные серьги с рубинами, и девушка долго смотрела на них, пытаясь понять причину такой щедрости. Робин либо пытался её подкупить, либо не считал деньги.
Тори решила отложить сомнения и надела серьги на приём. В тон камням она надела тёмно-красное платье с глубоким декольте и когда женщина спустилась в залу, братец потерял дар речи, с открытым ртом следил за ней.
— Куда ты направилась, Виктория Грейс? — наконец смог выдавить Тореадор.
— Съезжу в гости к другу.
— В таком виде? Я с тобой. Что за друг у тебя вообще появился без моего ведома?
— Он Бруджа. И пригласил лишь меня, — отмахнулась девушка. — А ты можешь пока заняться поиском своих новых слуг.
— Но Тори, — возмутился Тореадор, — ты обещала помочь мне с этим!
— Помогу, когда освобожусь, — девушка ухмыльнулась и быстро покинула поместье, не слушая более возражения Теорона.
