Дмитрий ждал ее на пороге, приветствовал улыбкой. Подал руку и проводил на второй этаж в библиотеку. Он был обходителен, вежлив, позволял читать его книги и не сердился из-за ее грубого отношения к вампирам.
Но его психозы пугали. Дмитрий злился, когда она смеялась, когда краснела, когда от скуки начинала напевать или пританцовывать. Он ненавидел любые эмоции, но Дита сходила с ума от тишины и безделья.
Целую ночь в обществе вампира, а ощущение, что она в полном одиночестве, в тюрьме, в которой запрещено все. Дмитрий так же боялся, когда она его касалась. Боялся любых случайных прикосновений. Но когда дело доходило до кормления, Дита была готова сбежать в лес, по снегу, по грязи, лишь бы он не касался ее зубами. И теряя контроль в ее крови, он держал ее, обнимал, как драгоценную игрушку с какой-то слепой нежностью, от которой Дите было еще противнее.
Понаблюдав некоторое время за тем, как он работает, Дита подошла к книгам и выбрала одну из тех, что ей особо нравилась. Дита не начала ее с начала, а открыла на середине, полистала до любимого момента и стала перечитывать кусками. Это была книга Гете «Страдания юного Вертера» и, дойдя до части с самоубийством, Девушка расплакалась, сочувствуя герою и восхищаясь его преданностью и любовью. Дмитрий мгновенно оказался рядом с ней, подхватил и вышвырнул из комнаты. Дита пролетев пару метров, и кувырком свалившись с лестницы, даже не успела толком сообразить, что произошло. Она сильно ушиблась и присев на краюшек ступенек разревелась теперь уже из-за несправедливого отношения к себе и боли, на которую было жалко тратить кровь, но проходить сама она никак не хотела.
Через какое-то время к ней подошел Ларс и молча повис над ней. Дита сжалась и быстро успокоилась, вытерла глаза и насупившись уставилась на гуля. Ларс долга смотрел на нее, не моргая, а потом произнес:
— Дмитрий просит прощения и хочет, чтобы ты вернулась.
Дита только фыркнула:
— Пусть придет и сам скажет это!
— Он сам это и говорит! — Ларс никак не отреагировал на ее грубость и продолжал нависать над ней. Через какое-то время ей стало неприятно от его замутненного взгляда, и она решила вернуться к вампиру. Уж лучше терпеть выходки Дмитрия, чем смотреть, как Ларс пускает на нее слюни.
Дита осторожно заглянула в комнату. Дмитрий сидел на кресле и листал «страдания». Когда она вошла, он поднялся и подошел к ней вплотную. Дита не на шутку испугалась. Она никогда не знала, чего от него ждать.
— Прости, иногда мне трудно сдержать свои эмоции. Ты не поранилась?
Дита от его заботливого голоса разозлилась, сделав от него шаг назад, она напряглась, кипя от гнева.
— Ты спрашиваешь это, чтобы снова меня выкинуть? Чтобы я пожаловалась, поныла, что да, я ударилась, вот болит тут и тут, и тебя это вновь выведет из себя. Ты не сдержись свои эмоции и что мне ждать от тебя тогда? — Дита почти прокричала это. Но Дмитрий неподвижно выдержал ее тираду.
— Ты закончила?
Девушка кивнула. Ей не хотелось огорчать одного из немногих вампиров, что относились к ней по-человечески, и она была удивлена своим выплеснувшим гневом.
— Садись, я хочу поговорить, — Дмитрий указал ей на стул, а сам вернулся в кресло. — Ты общаешься с Бэном, переписываешь письма для Вентру, я хочу знать какие у них планы по поводу Наполеона.
Дита сидела неподвижно, хотя внутри нее все похолодело. Откуда это узнал Дмитрий? Если он еще кому-то скажет? Дита понятия не имела, что Катерина, хозяйка Бэна была поставлена в известность.
— Не знаю, кто сказал тебе такое, но это неправда. Бэн мой телохранитель, я вижу его лишь когда он доставляет меня к клиентам, — вложив всю свою выдержку, она произнесла это фразу спокойно.
— Мне нужна эта переписка, Амалия. И тебе лучше передать мне эти данные.
Дита поняла, что он ей угрожает. И просто сжала губы, продолжая смотреть на него с презрением. Многие вампиры пытались выудить из нее сведенья, которые по их мнению она могла бы получить от других Каинитов, посещая разные дома. Но Дита знала намного больше, чем вампиры даже могли представить и ради своего же блага, не говорила никому ничего. О своей способности читать через кровь она не говорила даже Джетту.
— Вы звали меня? — В комнате возник Ларс. От его голоса Дита сжалась еще сильнее, но сидела не двигаясь.
— Амалия! — Дмитрий говорил очень строго, — эти данные мне очень важны, и если ты не согласишься передать их мне добровольно, Ларс получит все необходимое в любом случае. Он способен вытянуть любую информацию из самых молчаливых, поверь.
Дита только сложила руки на груди. Еще никому не удавалось добиться от нее не слова. Правда, еще никто по-настоящему не прикладывал усилий, так как знали, что Тремеры потребуют компенсаций за нанесенный ущерб. Да и время всегда ограничено, так что никто дальше оплеух никогда не заходил. И угрозы Дмитрия не казались ей реальными.
— Я не прошу у тебя ничего особенного, все эти данные рано или поздно попадут к Носферату. Мне просто необходимо знать это сейчас.
Дита не шевельнулась.
— Ларс, расскажи ей о своих методах.
