Отчаяние и гнев, треск пожара. Бабочки, отравляющие Аркона, и свист топора с хэканьем Марташа, прикрывающего спину. А затем Нита ощутила, как что-то глубоко вошло в плечо, то самое, которое, казалось, вечность назад зашивал Ларс. Поначалу даже больно не было, только в глазах отчего-то потемнело, а лапы ослабли. Она скосила глаза – из плеча торчал кончик ржавого лезвия. На ладонь в сторону – и их сумасшедшему проводнику пришлось бы искать себе новую ведьму.
Рядом зарычал Аркон, разорвав на части напавшего на нее мертвеца. Забавно, тот всего лишь пытался защитить хозяина, отметила Нита мутнеющим сознанием, но сил рассмеяться не хватило.
– Ну уж нет, я не дам тебе сдохнуть, ты мне живой нужна, ведьма! – Аркон выдернул лезвие и зажал рану, не смертельную, но болезненную. Отмахнулся от бабочек, которых становилось все больше. – Прочь, пошли прочь!
Но лазурное сияние становилось лишь ярче, и это было последнее, что увидела Нита.
Ларс закончил с покупками и, довольный, выходил с инструментами из мастерской, когда услышал шум на улице.
– Пожар! Пожар! – громко кричал пробегающий мимо мальчишка.
– Где пожар? – окликнул его пожилой владелец табачной лавки, куривший у входа в нее.
– За городом, на болоте! Сказали собирать, кого можно. Пожа-а-ар! – снова заорал пацан во все горло.
Ларс с дурным предчувствием повернулся в сторону Лазурного могильника. Отсюда дым почти не виднелся, так, тонкая струйка. Но если забраться повыше…
Первым делом он бросился в трактир. Вышибалы на месте не оказалось. Столик, за которым сидела Нита, пустовал, даже протереть успели. Зато трактирщик нашелся на месте и, едва завидев Ларса, оставил свои дела.
– Где она? – Ларс хлопнул ладонями по деревянной стойке.
Он догадывался об ответе, но должен был убедиться.
– На болоте. Караш прибежал, сказал, дом горит. Они и умчались.
– Вдвоем? – Сердце кольнуло сильнее.
В случайности Ларс не верил – с чего дому загореться по такой-то погоде?
– Я Марташа с ними отправил. Может, еще кто из городских по пути подхватился. Нита пусть и ведьма, а своя. Велела тебя предупредить…
– Спасибо. – Дальше Ларс не слушал. – Пригляди-ка. – Кинул сумку трактирщику и, проигнорировав возмущенный возглас, прямо в зале скинул одежду.
В груди разрасталось чувство тревоги, и оборотень клял себя последними словами, что оставил Ниту одну. Подарок ей сделать захотел, дурак! Ларс не знал, что больше понравится Ните, но подозревал, что украшения она не примет, еще и обидится. Разве что подарок будет со смыслом, но не свой же молочный клык дарить! Нет, нужно что-то полезное, способное по-настоящему обрадовать ведьму. Он выбрал инструменты для работы с растениями: серебряный нож, лопатку, ножницы, разнокалиберные пинцеты… Предвкушал, как Нита будет улыбаться, перебирая их и раздумывая, как лучше применить!
Ну почему у них все идет наперекосяк?!
Из городских ворот выскочил белый волк и пулей помчался к болотам.
Дым и гарь он почуял издалека, чуть ближе – запах гнили, а вблизи через все это пробивался неповторимый дух свежепролитой крови. Ларс не сдержал непроизвольного рыка, влетел на подворье – и замер на мгновение, преодолевая слабость, внезапно накатившую с мыслью, что опоздал.
Действительно – опоздал, но отчаиваться было рано. Живой Ниты он не видел – но и мертвой тоже, горел сарай, но уже лениво, устало. Угол дома слегка опалило жаром, но заняться дерево не успело. На земле валялось несколько трупов. Некоторые, старые, явно пришли сюда сами, нежитью, и теперь, окончательно упокоенные, буквально на глазах разлагались, нещадно воняя.
Не приходилось гадать, кто выманил ведьму пожаром, можно даже не принюхиваться, и Ларс не сдержал рыка. Стоило отвлечься, и она помчалась в лес, напрочь забыв о главной опасности!
Пара тел оказались совсем свежими. Подавив первый порыв сразу мчаться по следу, оборотень решил проверить, может ли помочь. Оборот дался легко, с каждым разом выходило быстрее. Единственное неудобство – босиком ходить он еще не привык.
Здоровяк из трактира был жив – судя по всему, его просто ударили по голове, а Караш истекал кровью, чудо, что дотянул до этого момента. Лечить Ларс не умел, и вся надежда оставалась на горожан, которые придут следом, но сделал что мог: перетянул ногу раненого его же собственным ремнем, благо сил оборотня хватило.
Действия заняли едва ли больше минуты, но каждое прошедшее мгновение жгло пятки. Ларс успокаивал себя тем, что Нита нужна проводнику живой, и вряд ли они успели далеко уйти – Караш был слишком серьезно ранен, чтобы долго протянуть без помощи. Но внутри все клокотало от страха за ведьму и злости. На нее – за то, что ушла, не дождавшись, на себя – за то, что задержался, на ювелира, который обхаживал жену градоначальника и не мог отвлечься, чтобы отдать заказанные инструменты, на жену эту…
