В полном боевом полностью

Я остался у них на два дня. Не желая подвергнуть Мансура, Мустафу или кого-либо из их родственников какой-либо опасности, я повторил все ту же легенду прикрытия, которую рассказывал остальным: я был в Иране, чтобы навестить отца и работал на бензоколонке моего брата в Калифорнии.

Тем временем Мансур и Мустафа нашли контрабандиста, который за 150 долларов отвез меня в Кувейт на рыбацкой лодке из красного дерева. В ночь отъезда я сказал: "Я люблю вас, ребята, но мне нужно вернуться на работу. Надеюсь, когда-нибудь вы сможете навестить меня в Америке".

Переправа через залив продлилась девять очень напряженных часов. По прибытии в Кувейт я показал таможеннику свой американский паспорт и вручил ему 40 долларов. Он пропустил меня, несмотря на то, что у меня не было визы.

Я испытал огромное облегчение и возблагодарил бога. В порту я взял такси до аэропорта и купил билет на самолет до Нью-Йорка. В аэропорту имени Кеннеди я сел в самолет до Шарлотта, Северная Каролина. Там я поймал такси, которое отвезло меня в Форт-Брэгг.

Был прекрасный весенний день, когда я вышел из такси, заросший бородой и с рюкзаком. Ребята из моего подразделения смотрели на меня с тревогой. Потом до них постепенно дошло, кто я такой.

"Черт побери, да это Чангиз!" воскликнул один из них.

"Смотрите! Он все еще жив!"

Один из них побежал сообщить нашему командиру. Вскоре он и другие обступили меня и принялись обнимать и хлопать по спине.

Я услышал слова одного из них: "Чангиз, ты удачливый ублюдок. Мы рады, что ты вернулся".

Мой командир обнял меня и сказал: "Рад снова видеть вас, капрал. Мы думали, что вы мертвы".

Затем я услышал, как один из моих товарищей сказал: "Чангиз, ты доказал, что ты один из нас".

Этот комментарий запал мне в душу. Я знал, что парень сказал это как комплимент. Но после пережитого к радости от его слов примешивалась горечь.

1. Оскорбительное прозвище жителей Ближнего Востока (в основном арабов), в котором обыгрывается традиционный мужской головной платок "куфия" (прим. перев.)

2. Все телефоны-автоматы в США имеют собственные номера, так что звонить можно не только с них, но и на них. Данная функция сохранилась даже сейчас, в эпоху почти полного распространения мобильной телефонии (прим. перев.)

3. Имеется в виду находящийся в Форт-Брэгге Центр нетрадиционных методов вооруженной борьбы имени Кеннеди (прим. перев.)

4. Оксфорд – тип мужской рубашки из текстурированного (т. е. не гладкого) хлопка с воротником на пуговицах. Имеет более расслабленный крой, нежели классические костюмные рубашки, но при этом более формальный, чем "рабочие" аналоги из фланели (прим. перев.)

5. Чело-кебаб – одно из самых известных традиционных блюд иранской кухни. Состоит из чело (риса) с маслом и кебаба. К нему также подается сумах в качестве приправы и помидоры (прим. перев.)

6. Великий Сатана (Шайтан-и Бозорг) – демонизирующий эпитет, обозначающий США в иранских внешнеполитических заявлениях. Впервые прозвучал в речи аятоллы Хомейни 5 ноября 1979 года (прим. перев.)

ДЕТСТВО, ИРАН

Я родился в 1950 году в Шапуре, небольшой иранском городке к югу от Тегерана, и был назван в честь Чингисхана. Моя мать, добрая женщина, которую я любил на протяжении всей жизни, однажды сказала, что когда была беременна, они с отцом обсуждали возможность сделать аборт, потому что у них уже было трое мальчиков, и они переживали финансовые трудности.

Мой отец, волевой и амбициозный человек, был трудолюбивым мэром соседнего городка Чамбран, любителем выпить и затевать вечеринки. У него было мало времени на нас, детей. Их воспитание, готовка и уход за домом были обязанностями моей матери. Все эти задачи она выполняла с изяществом и никогда не жаловалась.

Их брак был устроен их отцами, когда моей матери было пятнадцать лет, а отцу восемнадцать, и длился до смерти моего отца.