В ожидании хоть чего-нибудь, время тянется ужасающе медленно и я даже обрадовалась, когда в гулкой пустоте помещения, послышались незнакомые, уверенные шаги и через минуту по ту сторону решетки, появился мужчина. Высокий, с неестественно красивыми чертами лица, что выдавало в нем безупречного. Зейн. Интересно, он надеялся потрепать мне нервы, выдержав паузу в целую неделю, мимолетно появившись только лишь для того, чтобы избавить меня от общества Билли? В прошлую нашу встречу, я не успела его толком рассмотреть и теперь решила не отказывать себе в такой малости. Он же, в свою очередь, внимательно разглядывал меня, словно пытаясь прощупать взглядом, что я непроизвольно стала закрываться еще сильнее, выстраивая вокруг невидимые блоки. Мужчина нахмурился, явно не обрадованный тем, что у него не получается узнать моих мыслеформ.
— Решили во мне дыру прожечь глазами? — не удержалась я. Какая ж надменная рожа! Неприятно, когда тебя разглядывают, словно препарированную лягушку.
— Всего лишь пытаюсь понять, что он мог найти в такой примитивной особи, как ты? — невозмутимость безупречного прямо-таки зашкаливала.
— А что, моя неземная красота уже не в счет? — небрежно пожав плечами, как можно спокойнее спросила я с печалью, взяв себя в руки и немного распуская защиту, давая ему почувствовать свои эмоции и страхи. Бросаться на меня, убивать или резать, он явно не собирался. — Давайте не будем ходить вокруг да около, так что вам нужно, Зейн?
— Насколько я понимаю, тебя уже проинформировали об этом, — ровным баритоном ответил мужчина, мимолетно оглянувшись на Танию. — Но я все же объясню. Я хочу вернуться на планету вместе со своими сородичами. И Дей Идрис поможет мне в этом. И ты убедишь его сотрудничать со мной, в противном случае тебе придется расстаться с жизнью. Он предал нас, может предать и вас...
— Почему именно он? — проигнорировав последнее заявление, интересуюсь я, покладисто складывая на коленках ладошки. Зейн подходит совсем близко к разделяющей нас решетке, взгляд у безупречного прямой, холодный и чуть любопытный.
— Странно, что он не рассказал тебе об этом. Ему не место среди примитивных, Дей должен выполнить свой долг.
— Что это за долг, вы, конечно же, не скажете? Я права? — Зейн слегка ухмыляется, почувствовав мое волнение за Риза, видимо, считая, что нашел уязвимое место. Доволен. Радуйся, ублюдок, пока можешь.
— Почему же? Хотя я думал, что благодаря тем отношениям, которые вас связывают, он во многом тебя просветит. Дей Идрис — сын главы нашего клана и лидер по праву рождения. Он должен занять среди безупречных предначертанное ему место.
— А вам не кажется, что у Дея есть весомые причины, чтобы не возвращаться и не вставать во главе вашего клана?
— Ему придется их пересмотреть, для этого-то ты тут и находишься. Если он хочет сохранить жизнь своей примитивной самки, он пойдет на мои условия.
В душе зародилось то самое паршивое ощущение, когда тебя, как марионетку пытаются подергать за веревочки и заставить плясать под чужую дудку, давая таким образом понять, что от тебя совершенно ничего не зависит и выход только один. По спине поползли мурашки. Нервы разыгрывались, не поддаваясь на уговоры разума. Да черта с два!
— Для чего? Чтобы дать безупречным возможность уничтожить нас? — подняв на него глаза, я стараюсь не сорваться на крик, а выдерживать спокойный, вежливый тон, не давая ему повода для воздействия. Никакой агрессии, ничего такого, что может спровоцировать его. Еще не время. Внутри все клокочет от ярости, не находя выхода, но когда выплеснется… — Сколько лет мы ведем с вами борьбу, Зейн?! Сколько погибло людей, пока вы играли нами, как солдатиками, против недовольных?! Вы нападаете на наши полигоны, проникаете в город, подбрасывая свои приборы, вызывающие агрессию, устраиваете диверсии, в которых гибнут не только бесстрашные, но и мирное население! Вы не даете нам спокойно жить и не желаете мирно сосуществовать! И я знаю, что сейчас вы не можете нас уничтожить, как это сделали с воздушным полигоном, иначе бы давно прислали свои анигиляторы. И как я понимаю, что раз вам так нужен Дей Идрис, все дело в нем, правда? Так с чего же вы решили, что я стану сотрудничать, тем самым помогая безупречным разрушить все то, что мне дорого?
— Бесстрашным нечем противостоять нашим высоким технологиям и полностью укомплектованной совершенной армии. Безупречные всегда были на много шагов впереди вас, но нам не нужно уничтожать город, — сложив на груди руки, он приваливается плечом к решетке. Наверное, разговор стал его занимать, но голос остается практически безэмоциональный — словно он уставший взрослый, который терпеливо пытается объяснить неразумному ребенку, как неправильно его поведение. — Мы можем предоставить бесстрашным выбор и договориться.
