Письма! Те самые, из-за которых я так волновалась! Признаться, они давно вылетели у меня из головы. Но сейчас и эта тайна станет явной.
— Я подделал, — устало подтвердил Мишель. — Мой брат купил их у Анатоля Скворецкого. Не знаю, зачем. Сказал, что пригодятся. Пригодились.
Я скрипнула зубами, услышав имя бывшего мужа. Что за подлец! И тут заработал — на столь интимной вещи, как личная переписка! Ни стыда, ни совести у человека! И Ратмир тоже хорош! Сдались ему эти письма!
— Как вы это сделали?
— Я — маг-бытовик. Просто убрал в нужном месте чернила. А дальше Ратмир все сделал сам. Он умел.
Мишель качнулся на стуле, а я вдруг поняла, что взгляд у него туманный и рассеянный. А Морозко, неподвижно стоящий возле окна, хмурит брови. Все ясно, Мишель не всегда так разговорчив.
— Вы знали, что задумал Ратмир?
— Знал, но не все. Пытался его отговорить. Да разве переспоришь этого упрямца? Он всегда слышал лишь себя.
— А чего хотели вы? Как вы жили эти годы?
Странные вопросы задавал Ермилин. Вряд ли они могли пролить свет на обстоятельства моего похищения. Но мне тоже было интересно — а похожи ли братья?
— Я пас баранов, — неожиданно ответил Мишель. — Милостыню просить стыдно. Работать не умею. А баранов пасти любой дурак сможет. В горах хорошо, спокойно. Звери лучше людей.
— Вернемся к письмам, — сжалился над беднягой Ермилин. — Для чего они были Ратмиру?
— Не уверен. Кажется, он хотел шантажировать свою… госпожу Альмиру. Что было дальше, я не знаю. Отказался с ним ехать.
— Он вас не принудил?
— Нет. Ратмир меня презирал. Говорил, что я предал его, опозорил. Говорил, что я такой же баран, как и мое стадо. У него появились другие последователи.
— Например, Зариан? — подсказал Ермилин.
— Да. Князь Зариан. И еще несколько икшарцев, которые были против мира с Урусом.
Бросив на меня быстрый взгляд, Ермилин кивнул:
— Об этом позже. Кстати, князь Зариан мертв. Застрелился.
— Туда ему и дорога, — равнодушно буркнул Мишель. — Дрянной человек был. Жадный очень, двуличный. И женщин презирал, хоть у самого дочь имеется.
— Верно. Где вы нашли мага, что стал наставником Ратмира?
Вот теперь я удивилась. До этого момента все было понятно и даже предсказуемо. Но подобного вопроса я никак не ожидала.
— Зариан подсказал, — медленно ответил Мишель. — Какой-то отшельник. Живет в пещерах. Очень старый. Не сказать, что сильный. Но он учил, как раскрыть свой дар на полную мощь. Я тоже пробовал. Интересно.
— Получилось?
— Да. Я был четвертого уровня, теперь почти шестого. Хорошо.
Еще бы не хорошо! Ведь чем выше дар у мага, тем ценнее!
— Вы можете показать, где живет этот маг?
— Нет. Зариан водил нас тайными тропами, завязывал глаза. Я не слишком хорошо ориентируюсь в горах.
— Ясно. Последний вопрос: где третий?
— Синегорский? — на этот раз допрашиваемый заерзал на стуле и опустил глаза. — Умер. Лихорадка. Не спасли. Простите.
— На сегодня хватит. Морозко?
— Все отлично, — кивнул менталист. — Очень внушаемый. Сразу видно, что давно и часто подвергался воздействию.
— Отведите его в камеру. Что скажете, Альмира Вионтьевна?
Я немного подумала, поставила нетронутый стакан на стол и полюбопытствовала:
— А меня зачем позвали?
— Вы — одна из ключевых фигур этой запутанной истории. Имеете право знать, чем все закончилось.
— А что будет с Мишелем? Его казнят?
— С учетом новых сведений — возможно, государь будет милостив. Но решать не нам.
Я прикусила губу. Теперь мне отчаянно хотелось спросить про Барги. Ясно же, что Мишеля доставил сюда именно он. Но где он, почему не пришел ко мне? Как бы с ним встретиться?
А все же — какой позор! Не хватало еще, чтобы Ермилин подумал, что я бегаю за мужчиной, которому не нужна! И я спросила совсем другое:
— Так как же к вам попали эти письма?
— Зариан принес, — признался Ермилин виновато. — Сказал, что нашел берлогу Снежина, что тот убегал так поспешно, что оставил почти все вещи.
— И вы поверили? — возмутилась я.
— Разумеется, нет. Мы… точнее, Туманов, считал, что все это — лишь обман. Но поскольку Ратмир был где-то рядом, мы не стали рисковать и обошлись с вами… несколько грубо. Простите.
Я только отмахнулась: победителей не судят. В общем-то я давно уже всех простила. Кроме Зариана, но тот оказал любезность и сам разрешил все проблемы.
Вероятно, теперь все кончилось. Новая война с Икшаром нам больше не грозит, сезон завершен, студенты, офицеры и негоцианты разъезжаются по домам. В Вышецке осенью и зимой спокойно и тихо. Самое время обдумать дальнейшие планы.
Уезжать из Вышецка я не собиралась. Мне здесь нравилось. К тому же гостиница, железнодорожная станция, парк и источники… Я приложила к благоустройству города немало сил и намеревалась собрать неплохой урожай.
И да. Ермилин — вояка. Пока в Урусе тихо, но может статься, что он понадобится государю в другом месте. Недаром же Ксандр в своем письме намекал, что женщина тоже может сделаться градоправителем. То-то папенька мой удивится! И вообще — это будет скандал! А я обожаю скандалы, конечно, когда меня ни в чем не обвиняют.
