Ещё разные аттракционы на механике. Вертящийся бык с надписью «Родео». Переворачивающийся имитатор самолёта, напомнивший 9-D кинотеатры. Только без виртуальных очков на глазах. Но трясло как будто на самом деле летишь! Что-то типа «Ил-2», истрибитель времён ВМВ — это для меня такие старьё, а тут подобные как раз и стоят на вооружении. Да, алюминиевые, а не фанерные, более мощные и крепкие, но такие же винтокрылые, ни разу не реактивные.
Ещё из знакомых могу назвать «ручной рукомяч» — напомнил баскетбол из мира «я», где надо нажимать на кнопочки, чтобы шарик взлетал и летел в корзину противника. Только подачи горизонтальные, и в каждой позиции по три кнопки — вперёд и в стороны, передача на своих игроков. В зависимости от силы подачи можно пасовать между своими «игроками» и бить по воротам. Вратарём управляешь отдельно. Кнопок много, но как разберёшься — ничего сложного! Заводит. Закономерно я продул семь-два, и рад, что хоть как-то под конец размочил счёт.
А тут разные кидания колец по штырям. Метание мячиков некими сложными катапультами. Варианты дартса. И… Тир. А вот эту точку я как увидел — сразу туда помчался, Тома остановить не успела.
— Слабенько! — отчитался я, закончив серию из пневматики по мишени. Можно было и по бутылкам, и по фигуркам, но я не ищу лёгких путей, и плюшевого единорога заслужил честно — держал его в руках, думая, кому подарить. С одной стороны Машка такие любит — она особа романтичная и юная, детство кое где так и играет. А с другой хотелось залезть в трусы Зайкам, пусть и не сегодня, и плюшевый единорог будет хорошей инвестицией. Если вариант номер два, то вилка: их двое, а единорог один. Как быть? — А есть что посерьёзнее пружинных пукалок?
— Посерьёзнее? — усмехнулась смотрительница. — Например?
— Ну, что-то типа КМ-5. — Я ляпнул для красного словца — ну совершенно не ждал, что в игровом центре может находиться настоящий стрелковый клуб. А КМ-5 это марка штурмовой винтовки у наших охранниц на стенах и воротах крепости. И да, я уже говорил, мне один раз дали пострелять, правда, в тире Арсенала, разумеется, под неусыпным контролем. Но вволю — четыре рожка только одиночных отстрелял. Тогда я огнестрельным оружием и заболел: оно СОВЕРШЕННО! Память «я» была полностью солидарна и пребывала в экстазе вместе со мной.
— Разумеется, есть и посерьёзнее, — усмехнулась смотрительница. — Мы не тухлая контора, а солидная фирма. Но только для совершеннолетних! — отрезала она. — Или в сопровождении совершеннолетнего родственника.
Тома на это лишь достала из сумочки и показала ей паспорт.
— А это мой брат — я за него отвечаю.
Ну, что брат — вопросов не вызвало. Мы могли быть единокровными, оттого и различаемся — мамы могут быть сильно не одинаковыми. И общались без намёков и зажиманий, чисто братские отношения.
— Тогда пройдёмте за мной. Клав, присмотри! — Это она напарнице на другую точку, где пуляются шарами из катапульты.
И только мы двинулись вслед за спиной смотрительницы, вышедшей из-за стойки, как раздалось:
— Стойте! Вот они где, я их нашла!
Крик Селены. Затем топот ног, будто табун несётся, и нас накрыла обнимающая куча мала.
— Мы их сделали! Вы не видели, как мы их сделали! — больше всего горели глаза у Маши. — Кстати, а вот и они — хорошие девочки, мы их пригласили с собой. Знакомьтесь, это…
Нам были представлены три совершенно незнакомые девчонки. Все оказались простолюдинками, но одарёнными на уровне Томы — для простолюдинок, как понимаю сейчас, неплохо.
— Девчонки, мы хотим в тир. Настоящий! Из КМ пострелять! — задорно сообщил честной компании я.
— Прошу прощения, Тамара Георгиевна! — грудью встала смотрительница (она видела её паспорт и переписала в журнал данные). — Их слишком много. Да, вы совершеннолетняя, но с вами аж семеро малолеток.
— Это мой брат, сестра, друзья семьи, — кивок на Заек, — кстати, кадеты корпуса и будущие военные. А это — хорошие подруги, вместе гуляем. — Она сделала взгляд, который подсознание назвало «как Кот-в-Сапогах из Шрека», не спрашивайте, почему так. — Ну, пожалуйста! У вас же всегда всё строго, к линии огня просто так не подойдёшь, а там и я рядом. Обещаю, вся мелюзга будет под контролем, — кивок на простолюдинок, — а остальные — из семьи потомственных военных и дисциплину знают.
— Не более трёх сопровождающих! — сдалась смотрительница. — Это правила. Я разрешу четверых. — Указала меня, Машу и Заек. Что, в общем, логично.
— А со мной? — подошла стоящая поодаль и делающая вид, что она мебель, тётка Настасья. Мы не реагировали на неё — она всё это время была где-то рядом, но к нам не лезла. Даже когда Машка и Зайки устроили в воде баталию (она на берегу стояла, но ведь могла же осложнить жизнь!) — Я с ними, сопровождающая, и я за них поручусь.
Смотрительница нахмурилась, тётка Настя улыбнулась… И они друг друга поняли. Ну, что она — телохранитель, и бояричи перед нею непростые.
— Хорошо. С вами — можно, под вашу же ответственность. Пойдёмте.
