— Ничего, это абстракция. Дыхание задерживаешь, чтобы прицел от него не ходил ходуном, и как почувствуешь, что твой глаз, прицел, мушка и мишень на одной линии, только тогда жмёшь крючок. Готова? Надевай наушники!
Все последовали моему примеру — без «ушей» тут можно и оглохнуть — помещение маленькое, выстрелы громкие.
Девчуля отстрелялась нормально. Пару раз в молоко, остальные по мишени. Даже две восьмёрки выбила.
Потом стреляла вторая, затем третья. Эти девочки больше ни разу на моём жизненном пути не встретились, потому я не заморочился запоминанием их имён, но все трое были мне благодарны — ещё бы, и постреляли, и боярич их наобнимал, пока инструктировал. Симпатичный мальчик, а не взрослая суровая тётка, понимать надо!
— Ну, мальчик, твоя очередь? — Только сейчас заметил, что незнакомка из спецназа так и стоит рядом. И скалится так интересно — пришла на халявное зрелище посмотреть. Инструктажом простолюдинок я её заинтересовал, и теперь её глаза горели огнём интереса. На самом деле не только её, всех, но у остальных не возникло вопросов, ибо мы все — аристократическое сословие, а значит априори владеем оружием. Боярский род может заморочиться и обучить своих мужчин стрельбе, не велико дело. Но её это зацепило как-то чересчур сильно. Слишком самоуверенно и нагло инструктаж проводил, в этом дело.
— Так точно, госпожа… Кто там вы по званию? — Меня трудно смутить — не такой она и авторитет для этого.
— Ротмистр.
— Госпожа ротмистр!
Я проверил протянутый инструктором заполненный магазин, пристегнул. Перепроверил рычажок одиночной стрельбы.
— Всё в порядке? — улыбалась на эти телодвижения инструктор. — Готов?
— Так точно, госпожа инструктор! — А сейчас гаркнул, как на плацу!
— Надеть наушники!
Надел, как и остальные. Взмах флажком — «стрельбу разрешаю». Да-да, тут всё строго. И полная механизация места — мишени подаются свежие нажатием кнопки, правда, дырки в них считают вручную.
КМ-5 нам не дали. Здесь стояли более древние КМ3. И те и те более массивные, чем «калаш», но при этом такие же по весу — из более лёгкого материала, и не спрашивайте, не знаю, какого. Скорострельность высокая, причём есть возможность стрелять дробью, есть — очередями, а есть одиночными, под винтовочный патрон, чем в данный момент стреляем мы. Очереди штука хорошая, но для них используется другой боеприпас. Как и для дроби. Он раскрывается, как лепесток, выпуская сердцевину — вместо одной пульки несколько. Точность скорострелов не просто хромает, её там нет! Однако только такая схема боеприпасов преодолеет защиту одарённой. Не важно насколько ты сильная, даже если такая, как Машка, но отбивать мысленно каждую из пулек — не хватит концентрации. Дури у тебя может быть много, но фишка магии в том, что ты должна оттолкнуть от себя КАЖДЫЙ снаряд, не важно, пуля это, или камешек. Потому дробь. Потому очереди «в ту степь». Маша сильнее Жени, но Женя бьёт её за счёт концентрации, опыта. Во всяком случае, пока бьёт. Они обе остановят летящую в них пулю, равно как и ядро, и снаряд. Но при стрельбе очередью, Машка сдохнет магически почти сразу, а Женя продержится гораздо дольше.
Но сейчас «контрольные» — винтовочные патроны, оно же «режим снайперки». И я стреляю второй раз в жизни. Но страха нет. Приклад в плечо. Винтовку обнять, словно любимую женщину, а женщин я люблю. Мушка, прицел… Дыхание… Хоп!
Отдача сильная, ибо калибр немаленький. Но я уже стрелял, так что… Да я и в первый раз не боялся винтовки, как наши сегодняшние гостьи. Оп-па! Десяточка! Гуляем, десантура!
Прицел… Прорезь… Мушка… Оп-па! Девять. Снова дыхание… Яблочко! И ещё! И ещё! А теперь девять! И снова девять. Жаль.
Итак, рожок отстрелян. Ставлю предохранитель, снимаю наушники.
— Внимание… По результатам круга, лучший результат у Александра. — Инструктор, как ей положено, озвучила статистику.
Окружающие представительницы слабого пола искренне зааплодировали.
— Будем продлевать? Второй круг? — Это тётке Настасье.
— Я точно не снайпер! — засмущалась тавади. — Если на интерес — то без меня.
— Да какой интерес! — фыркнула Маша. — Мы ж гуляем. Отдыхаем. И я сказала — плачу за всех. Типа как у ресторане угощают, а я тут.
— Это я сказал.
— А я подтвердила.
Мимолётный момент, на который я обратил внимание, но для всех он не стоит выеденного яйца. Я — слабый пол, она, сестра — со мной, значит она за меня отвечает и принимает итоговые решения. Я могу что угодно сказать, но ей надо подтвердить. И разумеется, раз такая ботва, мои личные деньги остаются у меня, платит она, как отвечающий за нас обоих представитель семьи. Эта мысль душу грела, но осадок остался.
— Хорошо. Продолжаем! — воскликнул я.
Две клиентки, работавшие по мишеням при нашем приходе, отстрелялись и ушли — они, оказалось, были вместе. Типа, влюблённая пара? Ух, как друг на друга смотрели! Ненавижу розовые отношения, и пока не привык к ним. А вот спецназёрка-ротмистр осталась и знаком руки показала инструктору, что снова пропускает нас, подождёт.
