– Без изменений. – Сразу начал с главного доктор, когда я вошла в палату.
– Он придёт в сознание. Положительная динамика его показателей впечатляет.
– Смотри не влюбись. – Не первая странная шутка от Разумовского.
– Я приняла все меры предосторожности. Можете идти отдыхать со спокойной душой. – Отшутилась в ответ, пряча взгляд.
– А это у тебя что? – Поинтересовался доктор, поднимаясь с кресла, заметив у меня в руках электронную книгу.
– Маленький эксперимент. Попросила Клаву накачать самых слезливых любовных романов, сентиментальных до зубовного скрежета. Мои рассказы о ЗППП (заболевания передаваемые половым путём) эффекта не возымели, я решила попробовать что-то новенькое, раз по-хорошему он просыпаться не хочет. Начнём с бестселлеров Адалины Пло́товой, Клава назвала их романтической ересью, предупредила, что они вызвали у неё рвотные позывы, а она прочитала всего две страницы.
– Если и его начнёт тошнить, ты знаешь что делать. Удачи. – Доктор Разумовский погладил меня по плечу, не особо одобрительно – он не фанат подобных методик, и без дополнительных вопросов и расспросов вышел из палаты.
– «Он продолжал водить алым бутоном по нежным девичьим лепесткам, пока из её чувствительных недр не полился сладкий нектар, который он с жадностью вобрал в себя, смакуя невероятный вкус грешного удовольствия. Не дав ей опомниться он вошёл в подготовленное лоно, поймав губами первый и последний в её жизни стон боли от их единения, продолжив скользить внутри нежной плоти, пока не излился в плодоносные глубины под аккомпанемент блаженства своей жены». А я-то ломала голову все пятьсот страниц почему книга называется «БУТОН РОЗЫ». Прости, но мне нужно время, чтобы отойти от плодоносных глубин, но мы обязательно продолжим позже. – Обратилась к своему подопытному, выключая электронную книгу.
Отметила последние показатели и оставила в покое пациента, ему тоже нужно передохнуть, впереди у нас «ЛЕПЕСТКИ ЛИЛИИ», «НЕКТАР МАРГАРИТКИ» и шедевр, который я оставила напоследок, абсолютный бестселлер этого года «СТВОЛ КИПАРИСА». Хотела подышать свежим воздухом, но двери оказались заперты. Я не нашла ни Макара, ни доктора Разумовского, последней моей инстанцией стала комната пацанки Клавы.
– Они уехали. – Ответила на незаданный вопрос, не отрываясь от монитора своего компьютера. – Просили не покидать территорию больницы до их возвращения.
– А если пожар? – Встала в дверях, так как Клава дала понять, что не любит посторонних на своей территории.
– Попробуй, увидишь, что будет.
– Чем занимаешься? – Обычно на этом вопросе заканчивается каждый наш диалог, так как Клава начинает игнорировать моё присутствие, что она снова продемонстрировала, и я по традиции решила оставить её в покое.
– Создаю нашему герою новую личность, – притормозила меня, удивив, – заношу его данные во все существующие базы. Почти закончила, фото добавлю, когда ему лицо сделают. Хочешь развлечься? – Я даже как-то растерялась от её неожиданного и провокационного предложения. – Здесь совсем тухло, мне нужно перезагрузиться.
– И как обычно ты это делаешь?
– Наверняка у тебя есть какая-нибудь стерва-подружка, которой не помешаем пара приводов в полицию за проституцию.
– Нет.
– Сволочь-ухажёр, которому в медкарту приписать пару венерических?
– Нет.
– Неугодный родственник, которому устроить проблемы с налоговой?
– Нет.
– Тогда давай тебе что-нибудь подправим.
– Тебя уже опередили.
– А я не про твоё нынешнее альтер эго. Не удивляйся, после того, как благодаря мне Николь Викторовна Разумовская перестала существовать только на словах, а зажила в базах всех необходимых ведомств, мы можем считаться дальними родственниками, я типа поучаствовала в твоём рождении. Соглашайся, а я за это организую для тебя ещё один страстный звонок.
– Давай. – Согласилась, потому что предыдущий разговор с Кириллом оборвался, оставив меня в подвешенном состоянии. Без общения с ним мне становится проще в нём сомневаться, подозрения усиливаются, кошмары становятся всё безумнее.
– Садись рядом. – Кивнула на мне стул у стены, который я перенесла и поставила рядом с её. Клава дождалась, когда я сяду и начала проводить какие-то манипуляции на мониторе. – Итак, Моника Викторовна Абрамова, с чего начнём? – Я лишь пожала плечами, мне искренне всё равно, что Клава сделает с личностью Моники Абрамовой, возвращаться к ней я не собираюсь. – Тогда давай запустим поиск по всем базам. – Клава со взглядом маньяка завела моё имя в подобии поисковика, и началась обработка данных. – Как скучно, на тебя ничего нет. Не могла сразу предупредить. – Рассердилась, нервно стукнув по клавишам, закрывая свою программу.
– Меня судили.
– А это уже интересно. Давай подробности.
Я рассказала всё, что помнила, данные следователей, которые занимались моим делом, судьи, и некоторые факты, которые были нужны Клаве.
