Я верчу бедрами, насаживаясь на его пальцы, и громко стону. Запрокидываю голову. Выгибаюсь и кончаю впервые за три года от рук своего единственного мужчины.
– Тебе понравилось? – Бостон целует меня за ухом и нависает над моим лицом, поднося пальцы, мокрые от моей влаги, ко рту.
– Да, – прерывисто выдыхаю я.
– Мне нравится, когда нравится тебе, – он засовывает пальцы в рот и слизывает мои соки. Я краснею, но, Иисусе, спасибо, что в темноте не видно.
– Я не трону тебя иным способом, пока ты не будешь готова, – он касается моей щеки тыльной стороной ладони и нежно проводит по ней. – Я не позволю себе большего, пока ты сама не попросишь. Я готов ждать тебя вечно, Кендалл. Вечность – это не срок. Я люблю тебя. И мне не нужны деньги, статус, слава… Мне не нужен Бостон. Мне не нужен гребаный мир, если его со мной не разделишь ты.
Я задыхаюсь от накативших чувств.
Он действительно любит меня, несмотря ни на что.
Я смотрю в его глубокие карие глаза, почти черные, красивые, искренние. Свет луны очерчивает его острые скулы и волевой подбородок.
– Тебе правда все равно на мое увечье?
– Увечье? – он опускает руку к моей ампутированной ноге, и я вздрагиваю. Зажмуриваюсь и задерживаю дыхание. – Ты же не потеряла сердце. Ты все та же Кендалл. И когда я смотрю тебе в глаза сейчас, то вижу, что ничего не изменилось.
– Я изменилась, Бостон… Я потеряла все, что имела.
– Ты не потеряла меня. А остальное мы вернем. Просто доверься мне, ладно?
– Я всегда верила тебе.
Бостон перекатывается на спину и обнимает меня. Крепко держит в объятиях и целует мою шею. Его прикосновения нежные и ласковые. Поцелуи почти невесомые. Мы молчим, наслаждаясь звуком нашего дыхания. Оно тихое, и я слышу, чувствую спиной, как рьяно бьется его сердце.
– Ты бы хотела такой же дом? – он зарывается носом мне в макушку и делает глубокий вдох. – Для нас.
– Он слишком огромный для двоих, – усмехаюсь я.
– А кто говорит о двоих? Я бы хотел троих… Или пятерых…
Я замираю и перестаю дышать.
– Да, Конфетка, я хочу от тебя кучу детей. Но не пугайся, пожалуйста, не обязательно делать их прямо сейчас. Помнишь? Я не трону тебя, пока ты не будешь готова.
Он тянет меня ближе, разворачивает к себе лицом и целует напористо и страстно, я отвечаю на поцелуй, обхватывая плечи Бостона руками.
Я люблю его сильнее, чем прежде. Я счастлива и чувствую, как вдоль позвоночника начинают прорезаться крылья. Я не могу ходить, но, кажется, вот-вот взлечу. Это ведь лучше, правда?
Бостон окрыляет, но пока что я не могу сказать об этом вслух.
Глава 38. Поиски счастья
Сегодня самый счастливый день в моей жизни. И это никак не связано с тем, что сегодня Рождество. Не имеет значения даже то, что сегодня мне исполняется тридцать два года. Все меркнет по сравнению с тем, что сегодня Кендалл наконец-то встала на ноги.
Она активно готовится к протезированию, а для этого нужно разрабатывать конечности. И сегодня, в девять тридцать утра, Кендалл сбросила мне фотографию со своей ежедневной терапии, где она стоит возле инвалидного кресла, держась за специализированную четырехопорную трость, и улыбается. Лучшего подарка я даже не мог пожелать.
Кендалл очень сильно старается, и я рад, что смог повлиять на процесс ее реабилитации. Рад, что она послушала и согласилась на лечение. Рад, что больше ее голову не посещают дурацкие мысли. Рад, что она снова хочет жить. Это самое главное. И если я к этому хотя бы немного причастен, то большего и желать не стоит. Я уже счастлив.
«Ты невероятная», – печатаю ей в ответ, улыбаясь.
– Хэппи бездэй ту ю-ю-ю-ю! – слышу фальшивое и ужасно громкое пение из холла и закатываю глаза, а хотелось бы уши. – Хэппи бездэ-э-эй, мой любимый Бостон. Хэппи бездэй ту ю-ю-ю-у-у-у-у! – отвратительно завывает Джейсон и выстреливает пробкой из бутылки шампанского, которая летит прямо в стену и отскакивает от нее. – Ты стар как египетская мумия, но все еще на ходу! За это нужно выпить! – он проходит в гостиную, хлеща шампанское из горла бутылки.
– Тебе тридцать два через три месяца, – усмехаюсь я.
– Поэтому имею право называть тебя стариком, старик, – Джей подходит и обнимает меня. – С твоим днем, дружище. И нет подарка лучше, чем статистика со вчерашних биржевых торгов. «Нотис.коин» летит выше всех наших прогнозов. Мы самые востребованные, старик! Мы короли гребаного мира! Еху! – Джейсон толкает меня в грудь и на громком победном выкрике вскидывает руки вверх, проливая на себя алкоголь, но ему все равно. – Едем отмечать!
– Я не отмечаю, Джей.
– Ну нет, старик. Не ломай кайф. Мы не тусовались сотню лет. Давай махнем в Вегас.
Вегас. Город, который всегда будет иметь для меня особенное значение, ведь именно там Кендалл отдала мне всю себя. Город, в который я вернусь только чтобы испытать прежние эмоции. Город, в который я вернусь только с Кендалл.
– Нет, спасибо, у меня другие планы, – отмахиваюсь от протянутой Джейсоном бутылки шампанского.
– Это какие?
Я хочу, чтобы в этот день меня никто не трогал.
