Ну да, мокрая истеричка топлес – так себе сексуальный объект.
– Я сожалею, что тебе пришлось это увидеть, – прошептала, с трудом подбирая слова.
А вообще, в этой ситуации нечего подбирать, подходит только неприглядная правда.
– Сейчас выпью зелье и буду в порядке. Извини, что тебе пришлось успокаивать, да еще таким неприятным способом.
Колени Максима окаменели, он весь подобрался и подчеркнуто тихо переспросил:
– Неприятным способом? Рит, ты всерьез решила, что мне не нравится тебя целовать?
Мучительный диалог. Неправильный. Болезненный. Пусть я не могу читать Максима, но глаза-то видят. Он был напряжен, как будто четко просчитывал все свои действия, что невозможно, если мужчина сгорает от страсти.
– Рита…
Максим сам себя оборвал и накрыл мои губы своими.
Хочет так заверить, что я не права? Ненужная благотворительность!
Я слезла с его коленей, точнее, попыталась. Он не пустил.
Поцелуй из мягкого, исследовательского перерос в захватнический. Нежно прикусывая мои губы, Максим покорял, завладевая новыми территориями.
И я не устояла, капитулировала под напором требовательной страсти, зажигаясь сверхновой. Разомкнув стиснутые зубы, позволила захватчику все.
Стон. Мой?.. Наш.
Я горела. Умирала от желания.
А он… снова отстранился.
– Макс…
Простонав только имя, я вложила в коротенькое слово просьбу не оставлять меня. Я хотела раствориться в нем, забыть обо всем на свете.
– Я чую твое возбуждение, приправленное страхом. Для кого-то этого хватает, но не для меня. Когда хочет только тело, а разум боится и оттого протестует – это насилие. Нет – значит, нет.
Мое лицо запылало после безжалостной отповеди. Остро захотелось исчезнуть, спрятаться от внимательного взгляда синих глаз.
– Секс – конечно, лучшая разгрузка, но не в твоем случае. Ты не осознаешь, что творишь, и точно пожалеешь потом. – Крепко удерживая в объятиях, Максим добавил приглушенно: – А чтобы ты ничего не выдумала, знай: я дико тебя хочу. Ты как зелье страсти, Рит, опьяняешь с первого глотка. Я едва удерживаю контроль над зверем – хочется перекинуться и утащить тебя в лесную берлогу.
Зачем утащить? О… Перед глазами тотчас пронеслись страшно неприличные картинки – и я наверняка покраснела еще больше.
– Поэтому мы сейчас успокоимся и, поев, пойдем спать. Согласна? – Говоря правильные слова, он при этом гладил меня по спине – медленно, чувственно.
Стараясь не думать, что Максим подразумевал под берлогой – маленький домик на отшибе или настоящее лежбище в лесу, – я кивнула:
– Согласна. Выпью зелье, поем и пойду спать.
– Хорошая девочка, – похвалил Максим и поцеловал в нос. Затем он поставил меня на ноги и замотал в банное полотенце по горло. – А теперь переоденься, пожалуйста, выдержка у меня не из стали.
Уже в своей спальне я быстро натянула на влажное тело пижаму с мультяшными единорогами, которая первой из одежды попалась под руку, и, подойдя к стене, уткнулась в нее лицом.
Может, лбом постучаться, чтобы мозги встали на место? Какая же я дура… Набросилась на мужчину! И ему пришлось от меня почти что отбиваться. Стресс и гормоны, сговорившись, решили свести с ума?
– Рита, ты скоро? – требовательно поинтересовался Максим из-за двери.
Боится оставлять наедине со своими мыслями? Правильно делает. Я ведь уже с головой нырнула в уничижительные обвинения, а надо относиться к этому проще. Как те же оборотни. Просто физиология. Потянуло к приятному мужчине на фоне стресса – что тут такого?
Ох, Небо, кого я обманываю?! Я теперь не скоро это забуду! И стыд никуда не денется!
– Рит, твой кофе остынет. Можно выливать в раковину? – вкрадчиво поинтересовался Максим.
Он сварил мне кофе? Вот это да!
– Не выливай, я иду!
Умом понимая, что кофе – не тот напиток, что мне нужен, я вышла из спальни и поспешила на кухню.
Максим шел рядом и молчал.
Возле тарелок с разогретым завтраком в стеклянной чашке желтел травяной чай.
– А кофе? – Я почувствовала себя обманутой.
– А кофе нельзя. – Максим изо всех сил давил довольную улыбку. – Пей чай, Рит, он полезнее.
Я рассмеялась. Выманил из укрытия, используя кофе как приманку. Невозможный мужчина! Хитрый и при этом порядочный… заботливый.
Завтракая, не могла отделаться от мысли, что напротив меня сидит идеальный мужчина. С сильным инстинктом защитника, умный, обаятельный, прямодушный, симпатичный. И его мысли для меня закрыты, я могу находиться рядом без дискомфорта круглые сутки. Последнее, разумеется, заслуга артефакта, и все же это тоже плюс.
Странно и, пожалуй, страшно. Настолько идеальных не бывает. А значит, в бочке меда где-то прослойка дегтя, стоит поглубже копнуть – и светлый образ будет испорчен.
Какие же у тебя недостатки, Максим?
Разбрасываешь носки по квартире? Как настоящий медведь, ешь сладкое тоннами? Впадаешь в спячку зимой? Линяешь раз в год?..
– Ты странно улыбаешься, – заметил Максим.
Очень хотелось сказать правду и посмотреть на реакцию, но я не решилась.
– Вспомнилось кое-что. Кстати, спасибо, что помог выйти из штопора истерики.
