Максим проворно замотал первого маара и швырнул в коридор, затем спеленал второго, не вынимая его из чехла.
– Ты их к нам в квартиру?! – поразилась я.
– Ну не убивать же их… – Маары притихли, обнадеженные, а Максим добавил: – Сразу не убивать, надо сначала помучить.
Маары в ужасе запищали.
Но даже крох жалости у меня к ним не было – не к тварям, которые запугивали замороченных пленников, чтобы питаться их страхом. А когда люди умирали от разрыва сердца, они плели из их волос свои странные одежды.
Максим занес второго маара в квартиру и удивленно заметил:
– Какой тяжелый, жирненький! А не закусить ли мне ими, Рита?
Я воздухом поперхнулась от неожиданности. Закусить этими отвратительными задохликами?! Пусть нечистью, но разумной?.. Ох, о чем я? Он же их пугает!
Максим сквозь ткань ущипнул своего пленника и задумчиво произнес:
– Я еще никогда не ел мааров в кляре, а ты, Рит?
– И я, – поддержала я игру оборотня. – Думаю, с кориандром и черным перцем будет вкусно.
– У-у-у! – заволновался маар в чехле и еще активнее завозился.
Его собрат прервал поток ругательств и пропищал:
– Освободи, берложник, договоримся!
Не выпуская ноши, Максим равнодушно обронил:
– А что с вами договариваться? Все равно не скажете, кто вас заставил выманить мою самку.
Самку?! Да еще его?..
Я зажмурилась, чтобы взглядом не выдать негодование.
Понятно, что Максим играет, пытаясь выведать имя заказчика, но делает это очень правдоподобно и самоуверенно. Его самка… Странно звучит. Странно и смущающе.
– Иих, зверь не врет, самка пахнет им, – вдруг пропищал из чехла маар.
– Сам чую, Ыых, только слабо пахнет.
– Люди не сразу строят гнездо, Иих, самки долго ломаются.
Маары вдруг заскрипели, зацокали, оживленно общаясь между собой.
Максим встряхнул чехол, прерывая их совещание.
– Рита, где наша самая большая сковорода? – поинтересовался он с самым серьезным видом.
– Кажется, отмокает после гуляша из цверга, – пошутила я, копируя его выражение лица.
– У-у-у! – заверещал в чехле Ыых.
– Не надо сковородку! – торопливо произнес Иих. – Твою самку жаждет заполучить вампир. Заплатил.
– Мы не знали, что самка занята, чужих не трогаем, – добавил Ыых плаксиво.
– Имя вампира? – Максим задал вопрос таким требовательным тоном, что и мне захотелось ответить, хоть я могла лишь предполагать, кто заказчик.
– Маркес-с-с… – прошипел маар, сидящий в чехле. – Сказал, что хочет ее заполучить себе.
– Свободную самку для гнезда красть можно, – добавил Ыых. – Но он солгал. Самка уже занята.
Маары не издали больше ни звука.
– Ладно, сковорода отменяется, – вроде как разочарованно произнес Максим и попросил: – Рита, принеси, пожалуйста, мой телефон.
Если память не подводит, он лежал возле дивана, на журнальном столике.
Я не ошиблась, и вскоре оборотень уже кому-то звонил.
– Отпусти, уговор был! – напомнил о себе маар нетерпеливо.
– Какой уговор? – удивился Максим. – Я вам ничего не обещал.
– У-у-у! – завыл первый маар.
Второй вспомнил ругательства:
– Вымесок драный, скобленое рыло, скапыжный сиволап…
Какие перлы, я и не слышала даже!
Оборотень никак не реагировал на оскорбления, что в моих глазах добавило ему очков.
В самом деле, как реагировать на слова связанной мелочи? Бить слабых и беспомощных? Опуститься до их уровня? Сильный урсолак на такое не пойдет.
– И самка твоя растопча дохлая, пыня хилявая!
Зажав телефон между ухом и плечом, Максим вмиг заклеил маару рот скотчем, не давая тому возможности сыпать оскорблениями в мой адрес.
Вовремя заткнул нечисть: на звонок оборотня ответили.
– Доброй ночи, господин Хемминг.
Я вздрогнула, поняв, кому он звонил. Не хотелось бы вмешивать Контролера, но без него не обойтись, Максим правильно поступил, связавшись с ним. После кошмара я еще плохо соображала и не додумалась сама.
– Маргариту пытались похитить дважды за сутки. Заберете мааров, которые назвали имя заказчика?
– Да, – обронил Хемминг и отключился.
Нечисть запищала в ужасе.
– У-у-у, лучше сковородка! – провыл Ыых, энергичнее пытаясь выбраться из импровизированного мешка.
– Поздно, надо было сразу соглашаться, – криво ухмыльнулся Максим. – Рита, иди полежи, я сам дождусь господина Контролера и сдам ему наших гостей.
Лишь после его предложения я осознала, что у меня дрожат ноги. Переутомление снова напомнило о себе.
И я легла на диване, решив, что все равно вскоре придется вставать, когда приедет Хемминг. Каждый раз, оказываясь поблизости, он перекидывался со мной парочкой слов.
В этот раз я ошиблась. Вымотанная кошмаром, новым витком ситуации с Маркесом, я вырубилась на весь остаток ночи.
А утром меня ждал сюрприз.
Волшебный аромат кофе и свежей выпечки поднимет любого, даже уставшего ментального мага. А еще разоспаться не дали приглушенные голоса. У нас гости?
Хм… Лия и Глеб. А они что здесь делают? Максим известил бригадира о нашей веселой ночи? Должен был, разумеется, но уж очень быстро, не дал мне проснуться нормально. Неудобно, но я не злилась. Не могла, только не на него.
