А что ему еще нужно было сказать? Что он скучает? Что Слава ему нужен? Он и хотел бы это все высказать, но место было отнюдь не подходящим.
– Ты сможешь в субботу? – вдруг спросил Ярослав, при этом стоя к Мише спиной, будто разговаривал и не с ним вовсе. – Аня пойдет к родителям, и мы сможем поговорить у нас. Если это действительно важно?
– Хорошо, – легко согласился Михаил и кивнул, пусть Слава этого и не видел. – Это важно. Для меня это очень важно. И, надеюсь, что тебе тоже не все равно.
Гайдук сейчас согласился бы спуститься в ад и оторвать черту хвост, если бы это помогло ему вернуть друга. Хорошо, что Слава об этом не догадывался. А если и догадывался, то не стал просить о таком. Он достал из портфеля тетрадку, вырвал лист и написал на нем адрес и время, когда Мише нужно прийти.
– Откуда ты узнал, где меня найти? – спросил Ярослав, протянув листок, и только теперь посмотрел в глаза Михаила.
– Я попросил Галю о помощи, – честно признался Гайдук: не было смысла скрывать такое.
– Ну, конечно, Галя. И как я сам не догадался, – покачал головой Слава, а затем, не попрощавшись, сел в подъехавший троллейбус.
Точность – вежливость королей, или как это говорится… Но в субботу пунктуальный Михаил нарушил собственное правило «не опаздывать» и на всякий случай пришел на полчаса позже назначенного Славой времени. В конце концов, у Ани могли поменяться планы, или она просто задержалась бы. Видеть ее Гайдук совершенно точно не хотел. Встреча с Анной никак не способствовала бы ведению важного разговора.
Михаил нажал на звонок с нужным номером и прождал пару минут, прежде чем дверь в коммунальную квартиру открылась. Ярослав кивнул ему и повел по длинному темному коридору до комнаты, в которой они жили с Аней. Несколько фотокарточек, вещи, заправленная кровать с двумя подушками. Все было очевидно: тут живет семейная пара. И судя по чистоте, уюту и какой-то теплой атмосфере, живет счастливо.
– Ну так… Привет? – то ли поздоровался, то ли спросил Ярослав, нервно поправляя вязаные салфетки на столе у окна.
– Привет, – Михаил говорил тихо, боялся спугнуть или разозлить давнего друга. – Могу я присесть?
– А, да, конечно, – Слава слишком быстро выдвинул стул, который с неприятным скрежещущим звуком проехался по деревянному полу. – Будешь чай?
– Нет, спасибо. Не волнуйся об этом. Я хочу просто поговорить с тобой.
Михаил сел на самый край стула с идеально ровной осанкой и не откинулся на спинку. Весь, как натянутая струна. Ярослав последовал его примеру, только он сел сгорбившись, упираясь локтями в собственные колени и не встречаясь взглядом с гостем.
– Почему ты пришел? Мы не виделись два года. Почему теперь?
– Сложно сказать, что было основной причиной, почему я решился именно сейчас. Я, пожалуй, просто соскучился и хотел…
– Нет, Миша! Нет! – Слава хлопнул ладонью по столу, не подумав о том, что соседям наверняка хорошо все слышно. – Мы с Аней женаты. Уже год. Неужели Галя об этом тебе не доложила?!
– Не надо, не приплетай сестру, – в противовес разъяренному Смирнитскому Гайдук старался сохранять спокойствие. – Мы никогда не обсуждали тебя и твою жизнь. У нас с ней были и другие темы для бесед.
– Но она же рассказала, как меня найти!
– Я ее едва ли не умолял помочь, – Михаил немного сгустил краски, чтобы отвести гнев Славы от Гали.
– В любом случае, Миша, ты зря пришел. У меня другая жизнь, возврата нет. Ничего уже не исправить, я не вернусь!
– Что? Я и не собирался тебя об этом просить! – брови Миши непроизвольно поползли наверх от удивления. – Я не дурак и сам догадался, что у вас с Аней все серьезно. Еще два года назад, когда ты предпочел девушку, с которой был знаком шесть недель, а не меня, хотя мы были вместе шесть лет.
– Если ты хотел высказать мне все обиды, то тогда ни к чему было ждать столько времени, – Ярослав закатил глаза и стал говорить, экспрессивно жестикулируя руками.
Для Михаила видеть это было непривычно, раньше Слава всегда скрещивал руки и вообще старался занимать как можно меньше места в пространстве. Он и правда изменился. Ну, это и не удивительно. Ярослав вернулся из армии другим человеком, а теперь прошло еще два года. Осталось ли в нем хоть что-то от того Рыжего Солнца, каким он был для Михаила в техникуме?
Гайдук уверенным и точным движением поймал руку Ярослава, чтобы тот успокоился, но вместо этого мужчина выдернул руку из хватки так резко, словно обжегся. Михаил растерянно посмотрел на свою ладонь.
– Во-первых, неужели тебе так противны мои прикосновения? Я не прокаженный, не заразный и в целом не больной. Я все тот же, с кем ты… был, – он не стал озвучивать именно то, о чем подумал, видя по глазам Славы, что тот и так все понял. – Во-вторых, я не хочу ни высказывать обиды, ни портить твою семейную жизнь. Я просто соскучился по своему другу. По своему лучшему другу. Если ты забыл, до того, как стать парой, мы ведь сначала дружили. Разве это было плохо?
