Но Иммер уже убежал играть к Рыжему Хвосту. Они сдвинули вещи и грязную посуду в сторону и разбросали по полу подушки с лавок. Я подошёл к ним и осторожно спросил:
— Вы в каких зверей играть будете?
— Какие в лесу живут, — сказал Иммер.
Брунхильда навострила уши и повернулась к Иммеру:
— А ты умеешь играть в зверей?
Иммер не ответил: он как раз сооружал нору из диванных подушек. Я припомнил, как в хлеву слышал из сена странное урчание.
— По-моему, Иммер знает, как играть в зверей, — сказал я. — Рыжий Хвост его научила.
Рыжий Хвост бросила встревоженный взгляд на Чернокрыса в надежде, что он ничего не слышал. Как бы не так.
— Какая наглость! — фыркнул крыс. — Какая неслыханная наглость! Теперь эта пропащая лиса потащит за собой дитя!
— Не обижай Рыжий Хвост, — сказал Иммер, — она тебе ничего не сделала.
— Прошу прощения? — запыхтел крыс, но Иммер его уже не слушал. Он живо опустился на четвереньки и принялся обнюхивать всё вокруг. Рыжий Хвост последовала его примеру. Оба стали бегать по зале и на пару обнюхивать стулья, тарелки и друг друга. Потом Рыжий Хвост убежала в нору, подрала подушки когтями, повертелась и улеглась спать. Иммер тоже прокрался в нору и заурчал. Рыжий Хвост вскочила и залаяла, Иммер ответил лаем, и вскоре они уже катались по полу клубком, из которого доносилось шипение и фырканье, летели клочья шерсти, волос и брызги слюны. Оба так увлеклись игрой, что не замечали остальных. Я думал, что всем эта игра кажется глупой, но Брунхильда и Гримбарт смотрели на неё во все глаза.
Даже Индра, казалось, немного стряхнула с себя скуку и следила за игрой со слабой, едва заметной улыбкой. Чернокрыс кинулся к королеве и принялся жаловаться:
— Ваша милость, взываю к вам! Неужели горничной дозволено вести себя подобным образом? А мальчику?
Индра отвернулась.
— Но что я могу поделать? — ответила она.
— Что поделать?! Ваша милость, но ведь это ваша милость всегда желали, чтобы мы вели себя как люди!
— Теперь я думаю иначе. Эта игра меня забавляет.
Брунхильда и Гримбарт переглянулись. Наконец Гримбарт решился подойти к Индре.
— Ваша милость… — Он снял шляпу. — Ваша милость хочет сказать, что нам тоже можно поиграть в зверей?
— Почему бы и нет? — ответила Индра. — Если вам так хочется.
Гримбарт с Брунхильдой не стали терять времени. Гримбарт отшвырнул шляпу, и оба кинулись к Иммеру и Рыжему Хвосту.
— И мы хотим с вами!
Иммер с Рыжим Хвостом на радостях облизали им морды. Потом все принялись распихивать носами подушки, пока лежбище не стало достаточно большим. Покончив с устройством норы, все четверо решили, что пора поесть. Гримбарт сбегал за орехами и конфетами. Орехи и конфеты он принёс в пасти, выплюнул в нору, и все принялись с чавканьем поедать «добычу». Чернокрыс наблюдал за ними с недовольным ворчанием. Он брюзжал, что в жизни не видел столь недостойного поведения. Но когда Брунхильда попыталась разгрызть орех, Чернокрыс кинулся к ней, чтобы показать, как надо правильно разгрызать орехи. С этой минуты он тоже включился в игру, да с таким пылом, которого хватило бы на всех играющих. С пронзительным писком Чернокрыс раскачивался на балках, и Индру смешило, как стремительно он карабкается вверх и вниз по тяжёлым шторам. Королева посматривала на меня, а потом подползла ближе.
— А ты, Сем, не хочешь поиграть?
— Не знаю. Мне эта игра не очень-то нравится, — пробубнил я. — Я не умею в неё играть.
Рыжий Хвост, грызущая ножку стула, услышала мои слова и подбежала к нам.
— Не расстраивайся! — В её пасть набились щепки. — Я тебя научу. Становись вот так.
Я встал на четвереньки.
— Вот и всё! Погоняешься за мной?
— Ну… попробую.
— Не поймаешь, не поймаешь! — пропищала Рыжий Хвост и унеслась.
Я побежал следом. Коленкам было больно, но я передвигался довольно быстро. Рыжий Хвост шмыгнула в дверь, я — за ней.
Когда я оказался в коридоре, лиса уже дожидалась меня там — она меня опередила.
— А теперь урчи!
Я заурчал. Рыжий Хвост пришла в восторг. Пронзительно вереща, она понеслась по коридору так, что пламя свечей пригнулось. Я довольно долго гонялся за ней — мимо чучел, по всему коридору, но, завернув за угол, я вдруг потерял её из виду. И стал оглядываться. Рыжего Хвоста нигде не было.
Послышался смешок. Дверь у меня за спиной оказалась приоткрыта — звук шёл, конечно, оттуда. Я скорее пополз туда и скользнул внутрь.
В комнате без окон царил полумрак. Если бы не свет люстр из коридора, было бы совсем темно. Я подумал, что это, наверное, какая-то общая комната. Разглядел стол, низкие стулья, на стенах угадывались очертания сотни оленьих рогов.
А вот и Рыжий Хвост — высовывает мордочку из-за дровяной корзины!
— Ха-ха, теперь не уйдёшь! — И я кинулся ловить её.
Но когда я уже готовился схватить Рыжий Хвост, меня что-то удержало. Лиса стояла неестественно спокойно. И платья на ней не было. Она смотрела перед собой безжизненным взглядом. Я осторожно протянул руку и коснулся её. Желудок скрутило: я понял, что ошибся. Это не Рыжий Хвост. Это одно из набитых опилками чучел.
В следующую секунду дверь захлопнулась. И всё поглотила темнота.
— Ну хватит, — сказал я.
