— Хо-хо, глядите, какого кота впустили!
Рыжий Хвост подняла глаза:
— А у нас есть кот? Хочу гоняться за котом!
— Дурочка, — прикрикнул на неё Чернокрыс. — Я про Сема.
— Про Сема? Кто это? — И Рыжий Хвост часто заморгала.
— Это тот мальчик, миленькая. — Брунхильда вперевалку подошла к лисе и погладила её по голове. — Мальчик, который пропал. Их было двое, помнишь?
— Мо-ожет быть, — мяукнула Рыжий Хвост. — Но во-о-от бы обменять одного на кота. Можно обменять одного мальчика на кота?
— Молчать! — загремела Индра.
Все дёрнулись, и настала тишина. Узел, который Индра держала в объятиях, зашевелился, как будто в нём кто-то спал и теперь от её окрика проснулся. Из тряпок показалась головка с грязными светло-русыми волосами. Иммер. Когда он повернулся ко мне, у меня свело желудок. В голубых глазах брата было что-то ужасное, почти враждебное.
Индра смотрела на меня с отвращением. Она тяжело дышала, как будто в ней набухал, готовясь прорваться, гнев.
— Итак, отступник вернулся? — произнесла королева.
Я не знал, что ответить. Не знал, что значит «отступник», но понимал, что вряд ли это что-то хорошее. А ещё я понял, что никто в этом замке и не думает со слезами бросаться мне на шею. Наконец я еле слышно выдавил:
— Да.
Индра сузила глаза и прошипела:
— Как ты посмел!
— По-посмел?
— Ты без позволения увёл моего малыша в лес. Увёл туда, где с ним могло случиться что угодно. Его могли разорвать дикие звери! Он мог утонуть! Мог заблудиться и умереть от голода! Ты украл его у меня!
— Я т-только хотел поиграть, — в отчаянии ответил я. — Мне было так одиноко!
— Сколько лет я ждала! — зарычала Индра. — Сколько долгих лет жила одним желанием! Сколько лет мне ничего больше не хотелось — только бы стать матерью! А когда нежный луч счастья осветил наконец мою жизнь, ты поставил моё счастье под угрозу! Из-за того, что тебе вздумалось поиграть!
— Я не понимал, что всё так серьёзно! — сказал я. — Никогда больше так не поступлю!
— Разумеется, не поступишь! — Королева немного успокоилась и продолжила: — Итак, ты вернулся. Ты хочешь снова пользоваться моим гостеприимством. Что ж… Но учти, с этой минуты ты не смеешь даже прикасаться к моему малышу! Ты не смеешь находиться в одной комнате с ним. Если ты хотя бы посмотришь на него, то в ту же минуту покинешь мой замок. Понятно?
Я заплакал так, что затрясся всем телом. И хотя мне нельзя было больше смотреть на Иммера, я всё же взглянул на него. И прошептал:
— Прости меня. За то, что я не вступился за тебя перед Тюрой. Я должен был за тебя заступиться.
Но Иммер уткнулся лбом в блестящий живот Индры.
— Я не хочу разговаривать с Семом, — сказал он. — Он злой. Заманил меня туда, где опасно.
— Знаю, малыш. — Индра погладила его по головке, обняла, словно желая утешить. Но вдруг она что-то учуяла, и в глазах у неё мелькнула подозрительность. Королева усадила Иммера, сползла с кресла и, извиваясь, описала несколько кругов возле меня.
— Что-то… что-то не так, — глухо бормотала она, — что-то не так.
Индра подняла морду к моему лицу. Открыла рот, высунула раздвоенный язык и стала водить им в воздухе, в паре миллиметров от моей кожи. Меня пробрало до костей, но я боялся пошевелиться. Внезапно взгляд Индры наполнился ужасом, и она с пронзительным криком отшатнулась от меня.
— От тебя пахнем человеком! Ты пропитался мужским запахом!
Я до смерти испугался. Мне и в голову не пришло, что от меня может пахнуть Але. А вдруг звери всей толпой отправятся в лес искать его? Или, того хуже, Индра напустит на него Тьодольва?
Королева схватила меня за шиворот.
— С кем ты якшался? Кто был там, в лесу?
— Ни-никто. Никого там не было! Я был в лесу один!
— Лжец! — загремела Индра. — Я чую запах, отчётливо чую! Тот самый запах, от которого у меня сводит внутренности!
Чернокрыс спрыгнул с люстры и шлёпнулся на буфет. С буфета он сполз на пол, подбежал к нам и стал обнюхивать меня мокрым носиком.
— Не ошибается ли ваша милость? — заметил он. — Мальчик пахнет собой, только чуть по-другому. Он взрослеет. — Крыс насмешливо взглянул на меня. — Я слыхал, что тяжкие испытания приводят в движение колесо зрелости. Что, юноша, намучились вы в лесу?
И он рассмеялся.
Неприязнь во взгляде Индры смягчилась, но только слегка.
— Какая гадость, — сплюнула она. — Тьфу на зрелость. Тьфу на мальчишек, которые становятся мужчинами.
Королева подползла к Иммеру. Прижимая его к себе одной рукой, она зазмеилась к двери. На пороге Индра обернулась и тяжело уставилась на меня:
— Держись от малыша подальше. Ты понял?
Я уткнулся лицом в локоть, вытер слёзы и кивнул:
— Да, понял.
— А вы, все остальные, — за уборку! И чтобы этого свинарника здесь не было! Игры кончились. С этой минуты мы с малышом пребываем у меня в покоях. И я ожидаю, что служить нам будут как подобает.
И королева, прижимая к себе Иммера, скрылась в коридоре. Чернокрыс поглядел ей вслед глазами-перчинками и упёр лапки в бока.
— Ну, чего ждёте? Принимайтесь за уборку!
