— Мои братья служат на флоте, сэр. Видимо, отец решил, что мне пора начинать военное обучение.
— Странный выбор, — пробурчал генерал. — Но мне не нужно, чтобы вы погибли. Мой адъютант получил стрелу от контрабандиста, так что по возвращении вы будете прикомандированы к моему штабу. Остальные распределятся по первой и третьей дивизиям. Четверо из вас получат взводы, а пятый останется при штабе с принцем.
— А теперь — встречайте свой отряд у причала и вперёд, на вёсла.
Джомми и Серван в последний раз взглянули на карту, запомнив расположение острова, отдали честь и вышли. У шатра их ждал сержант.
— Господа офицеры?
— Полагаю, вы уже в курсе приказов, сержант, — сказал Серван. — Отряд готов?
— Так точно, готов, — ответил сержант, умудряясь даже слово «господин» произнести как оскорбление.
Они последовали за ним к причалу, где была пришвартована речная лодка. Ещё с полдюжины покачивались на волнах, уносимые разлившейся от дождей рекой на юго-восток. На пристани их ждали двадцать солдат, сидевших на промокших мешках с зерном.
Джомми посмотрел на Сервана и пробормотал:
— Вот чёрт.
Серван вздохнул:
— Собрали всех симулянтов, недовольных и воров в армии.
— О, это отличные ребята для вас, молодые офицеры, — сказал сержант Валенски, едва скрывая усмешку. — Просто у них были небольшие… трудности. Уверен, шесть таких прекрасных молодых командиров быстро приведут их в порядок.
Джомми окинул взглядом двадцать промокших до нитки солдат. Те уставились на шестерых лейтенантов — кто с явной неприязнью, кто с оценивающим взглядом, остальные делали вид, что им совершенно всё равно. Все были одеты в стандартную форму армии Ролдема: синие стёганые куртки, серые штаны, сапоги, простые шлемы, с мечами и щитами.
— Встать! — рявкнул Валенски. — Офицеры!
Солдаты демонстративно поднимались как можно медленнее, некоторые перешёптывались и посмеивались.
Джомми решительно снял шлем, отстегнул меч и протянул сержанту:
— Будьте добры.
— Сэр? — Сержант явно не ожидал такого поворота.
Джомми повернулся к Сервану и остальным:
— Освободите немного места, пожалуйста.
Сделав шаг вперёд, он нанёс сокрушительный удар в челюсть самому крупному солдату в группе. Тот отлетел назад, сбив с ног двоих стоявших позади. Джомми спокойно повернулся к сержанту:
— Меч, пожалуйста, сержант.
Ошеломлённый Валенски молча вернул оружие. Пока двое солдат поднимались (третий оставался без сознания), Джомми поправил ремень, надел шлем и обратился к отряду:
— Так. У кого-нибудь есть вопросы о том, кто здесь командует?
В ответ — гробовое молчание.
— На лодку! — рявкнул он.
— Вы слышали лейтенанта! На лодку! — подхватил сержант Валенски, внезапно оживившись. — Вы двое — тащите этого болвана!
Солдаты бросились выполнять приказ. Когда офицеры направились к причалу, сержант задержал Джомми:
— Позвольте сказать, сэр…
Джомми остановился.
— При должной подготовке из вас мог бы выйти отличный сержант. Жаль видеть такой талант растраченным на офицерской должности.
Джомми усмехнулся:
— Учту на будущее. И, сержант…
— Сэр?
— Когда мы вернёмся, наши палатки будут готовы?
— Лично гарантирую, сэр.
— Отлично, — сказал Джомми, поднимаясь на борт речного судна к остальным.
Серван наклонился к нему:
— Джомми, вспомнил кое-что.
— Что именно?
— Наш первый день в университете…
— Да?
— Когда ты меня стукнул… Спасибо, что пожалел тогда.
Джомми рассмеялся:
— Да ладно, дружище. Не за что.
Паг смотрел с изумлением, как лодочники управляют шестами, поднимаясь вверх по реке. На протяжении всего путешествия его не покидало странное ощущение — одновременно знакомого и чужеродного. Как только они осознали, что эта планета идентична Мидкемии, стало относительно легко ориентироваться.
В библиотеке Пага хранилась самая полная коллекция карт в мире. Хотя некоторые из них устарели, а большинство были неполными, они давали ему лучшее представление о географии мира, чем у кого-либо другого. Накор и Магнус также изучали эти карты на Острове Колдуна.
Они проделали путь через то, что на Мидкемии называлось Горы Серых Башен, вдоль реки, известной в Крайди как Граничная. Путешествие через леса и северный перевал пробудило в Паге яркие воспоминания — о том, как он и его друг детства Томас скакали с лордом Боурриком, чтобы предупредить принца Крондора о приближающемся вторжении цурани.
Но теперь деревья казались чужими — почти как сосны и пихты, но не совсем. Все птицы были хищниками, даже дасатийские эквиваленты воробьев, и только размер всадников удерживал пернатых от нападения.
Накор заметил, что многовековой опыт познания того, кто еда, а кто голоден, создал жестокий, но сбалансированный мир. Пока ты бдителен — ты выживаешь.
