«Твой безумный племянник» – именно так я всегда заканчивал свои письма тете Ребекке, потому что в детстве она очень часто называла меня безумным из-за моего непослушания и беготни. С тех самых пор это осталось в моей памяти как надпись, вырезанная ножом на толстом стволе дерева.
Попрошу Волкова отправить письма, когда ему разрешат приехать. За все это время я ни разу не задумывался о том, как он теперь относится ко мне: я соврал ему про морфий, чуть не умер от передозировки, а потом еще напал на него и Марию. Может быть, он ненавидит меня, а я продолжаю думать о нем так, будто ничего не произошло. Что пришлось им пережить после того, как мое тело было обнаружено на чердаке? Именно тело, потому что сознание было где-то совсем в другом месте. Вполне вероятно, что он вообще не захочет приехать и я мог потерять всех своих близких друзей, которых нашел совсем недавно.
– Уильям, неужели у тебя нет совсем никого? Ни друзей, ни родных? – спросил я, взглянув на моего соседа, продолжавшего читать книгу и нервно жующего бумажную закладку.
– С-с-совсем, – ответил он, на секунду подняв глаза, и вернулся к чтению.
– Как такое может быть?
– М-многие от-т-твернулись от м-м-меня, когда уз-з-знали, что я б-болен и т-тем б-более м-могу б-быть оп-п-пасным. – Ларсен отложил книгу в сторону. – Р-р-родные умерли. Кроме м-м-мамы и п-п-папы у меня н-н-никого н-не было. Их н-не стало, к-к-когда мне б-б-было д-д-двадцать пять. Вначале ум-м-мерла мама, а через три м-м-месяца п-п-папа. Мне к-к-кажется, он умер от т-т-тоски: н-н-не смог пережить п-п-потерю любимого ч-ч-ч-человека. Так я ост-т-тался один, а свою л-л-любовь так и не в-встретил.
– Извини, что заставил вспомнить об этом. Я тоже потерял отца.
– Н-ничего. О р-р-родных н-н-надо вспоминать. Так они п-продолжают оставаться с н-н-нами.
– Ты прав. Неужели ты сам не хотел бы отсюда выбраться? Прожить жизнь как следует, встретить хорошую женщину?
– Н-н-нет. С-с-слишком п-поздно, – потряс он головой.
– Никогда не бывает поздно!
– С-с-саймон, ты же вроде в-в-врач? Н-н-неужели сам не з-знаешь, как б-б-бывает? У м-м-меня никого н-нет. У м-м-меня даже нет д-д-дома. Мне н-некуда возвращаться.
Он был по-своему прав. Уже восемь лет Уильям лежит в этой лечебнице, потому что не видит для себя другого выхода. Предположим, его выпишут, и что тогда? Он выйдет на свободу – и что? Ему некуда идти, ему нечего делать, а пытаться построить жизнь с нуля в чужом мире слишком сложно. А мир действительно стал для него чужим: человек долгие годы не видел ничего, кроме облупившихся стен и физиономий врачей. Как бы я хотел дать ему каплю надежды на то, что все изменится в лучшую сторону, но никаких предпосылок к этому лучшему я не видел.
– Может, стоит все-таки рискнуть?
– З-з-зачем? Н-н-нет, я не х-х-хочу. М-м-мне и тут н-неплохо.
– Ты учился где-нибудь?
– Да, я ок-к-кончил школу и учился н-н-на м-м-математика.
– А я никогда не любил математику – все эти цифры, уравнения, задачи.
– Это очень п-п-просто. Я м-м-могу научить т-тебя.
– Да нет, не стоит даже пытаться. В этом вопросе я абсолютно бездарен, но спасибо за предложение.
Дождь, все тот же дождь за окном. Когда же он наконец закончится? С каждым днем я ненавижу его все больше и больше. Он начался в день смерти Жан-Луи, когда я был в больнице, а прекратился лишь ненадолго во время похорон. Совпадение? Пожалуй, не стоит больше верить в совпадения.