– Пена – первое что я купила здесь. Я никогда не упускаю возможности воспользоваться ванной с пеной и расслабиться, – я поймала на себе его взгляд полный недоумения. – Да-да, даже в жару.
– Надо запомнить.
Я забралась на кровать с ногами, поджав их под себя и наблюдала за тем, как он пытается ровно развесить мокрую рубашку. Потом он взял с пола виски с бутылкой колы и сел ко мне, облокотившись об спинку кровати. Макс чувствовал себя расслабленно, даже слишком. Будто это я у него в гостях, а не наоборот.
– Все теплое, льда тут явно не найдется? – спросил он, крутя обе бутылки.
– А разве мальчиков, которые не спешат домой, волнуют такие вещи?
– Давай поиграем, – предложил он. – Каждый раз, когда делаем глоток, можем задать любой вопрос.
– Типа «правда или действие»?
– Только без действия. Я буду первым, – быстро сказал он и сделал глоток. Сощурив глаза, он поморщился. И поделом – может это я первая хотела начать. – Ты коренная москвичка?
– Серьезно? Это же скучно, – удивилась я, но он молча ухмылялся и ждал. – Хорошо, получается, что да.
Наверное, в его понятии и в понятии любого человека из этого городка это кажется крутым. Но мое детство прошло в комнате с бабушкой, потом туда же подселилась моя вторая сестра, и третья, которая, бабулю уже не застала, однако я не уверенна. И все это в двухкомнатной квартире с неприлично маленькой площадью. Родители, трое детей и бабушка. Москва расползается быстро и уверенно, и сейчас это квартира в хорошем районе, а когда она досталась бабушке от какого-то завода – была глухомань.
Он хотел спросить что-то еще, но я отобрала бутыль.
– А почему ты поступил в Москву? Хотелось сбежать отсюда?
– Два вопроса, – подметил он и дождался, когда я сделаю дополнительный глоток. Горло жгло и это жжение растекалось во мне. Макс продвинулся чуть ближе, но достаточно одного движения и мы будем соприкасаться. – Мне всегда хотелось отсюда выбраться. Я мог поступить за счет родителей, но приложил все усилия и поступил своим умом. Москва… Москва большая, и мне нравится это чувство, когда идешь по улице и понимаешь, что вокруг просто толпа, которая тебя не знает, а не злобная масса людей, знающая всю твою подноготную, твою родословную и готовая перемыть тебе косточки при удобной возможности.
– Так ты мальчик из богатой семьи?
– Пей, – прошептал он мне на ухо, и заметив, как я дернулась, рассмеялся и откинулся обратно.
– Пью-пью. Я так напьюсь раньше тебя, – я покачала головой и сделала еще глоток. Последующий глоток колючей колы приятно смыл горькое послевкусие.
– Богатство относительно. По меркам этого города, я, наверное, наследник богатых родителей, у которых есть своя студия красоты здесь и по области, спорт зал с бассейном, рестораны. Но я это своим не считаю. По меркам Москвы у меня есть всего лишь двушка далековато от центра.
– У тебя есть квартира в Москве? Если что это уточнение, а не вопрос.
– Да.
– Тогда я перееду к тебе, – почти в шутку сказала я, вспоминая что мне возвращаться в комнату к младшим сестрам.
– А ты уверенна, что меня настолько заинтересовала?
– Пей! – я лукаво улыбнулась и села так, чтобы его лицо было напротив моего. – Да, я думаю, что я тебя заинтересовала больше, чем та влюбленная в тебя девица.
– Оля? Это у нее детское, пройдет. И такие меня не интересуют. Мне больше по вкусу… Ой, – наигранно наивно произнес он и приборной улыбнулся, – никакой лишней информации.
Я досадно промычала, но выпила.
– И какие же тебя интересуют? – спросила я, и закинула ноги на него. Он медленно провел от лодыжки к внутреннему бедру и остановился, на мгновение сжав руку. Мое дыхание участилось. Щеки горят алым румянцем. Какого это, быть с ним?
Такие же вибрации исходили от него. Не дожидаясь ответа, я забралась на него. Я поставила бутылки на прикроватную тумбочку, едва не уронив телефон.
– Так собраться с мыслями сложнее, – покачал он. – Как раз такие и нравятся, видимо. Девушки, которые могут отвлечь тебя от всего мира, от всех проблем. Те, что не дают тебе расслабиться.
– Я тебя напрягаю? – спросила я и заливисто рассмеялась.
– Это вопрос?
Макс выпрямил спину и теперь его лицо находилось всего в нескольких сантиметров. Крепкими руками он схватил меня за бедра и притянул к себе. Он жадно смотрел на меня, но не ничего предпринимал! И я решилась. Казалось, будто это все происходит не со мной. Это не я в захудалой гостинице целую явно не своего парня. Это не я так страстно жажду незнакомца.
Макс отпрянул от меня, видно, что с трудом. Я вопросительно смотрела в его серо-зеленые глаза. Он сделал глоток и поставил бутылку обратно.
– У тебя есть парень?
Я слезла с него. Злость пульсировала во мне. И лишь мои решения и действия были тому виной, но винить себя, конечно, не хотелось.
Почему ты вообще это решил спросить.
– Потому что ты чертовски красивая и остроумная. Кажется, что у тебя нет тормозов. За тобой явно бегают парни толпами. Так что было бы странно, если бы ты была одинока. Но целовала ты меня так, словно у тебя мужика никогда на было.
Пощечина по его лицу была неожиданной для меня больше, чем для него.
