Пришлось остановиться в круглом зале у входа в покои дочери. Арри поступила так же, встав за плечом.
— Что случилось? — спросила она.
— Дурное предчувствие, — пробормотал Крисп, выхватил из мешочка один «лепесток» и открыл комнату Арри.
Он зашел и осмотрелся. Внутри пусто. Глянул под кровать, проверил шкафы, проверил стол.
— Думаете, кто-то пытается нас убить? — спросила дрожащим голосом.
— Сейчас, возможно нет, но в будущем… Я бы так и сделал. — Вышел.
В своей комнате Крисп тоже ничего подозрительного не обнаружил, кроме служанки, что протирала пыль с ваз. В сером платье, в белоснежном фартуке, на голове чепец, в руках платок.
— Ох! — Вздрогнула служанка. — Вы меня напугали, ваше высочество. А… Прошу прощения, вы не напугали… Я просто не ожидала.
«А разговоры ты не слышала за дверью? Это ты имеешь ввиду?»
— Принесите сюда еды. Умираю с голода.
— А будут круассаны?
Крисп прищуренно посмотрел на Арри, потом вопросительно на служанку. Та моментально закивала головой.
— Да, конечно. Все, что захотите.
— Хороший ужин, пожалуйста.
— Ох, ваше высочество, вы так добры. Скоро вам все принесут. — Выбежала из комнаты, перед этим поклонившись.
«Да, доброта давно поселилась в моем сердце. С момента первого заказа».
— Сегодня будешь спать у меня. — Крисп плюхнулся в мягкое кресло.
— У… у вас? — изумилась Арри.
— Глянь за дверь, есть ли кто. — Кивнул головой.
Девочка послушно отворила дверцу, высунула голову. Поглядела и закрыла за собой.
— Только стражники в дальнем углу, — пробормотала она.
— Представь, что это наемные убийцы. Сможешь ли ты проснуться от одного лишь подозрительного шороха и спастись?
— Н-нет.
— Тогда спишь у меня.
— На одной кровати? — почти прошептала, уставившись в пол.
Крисп странно взглянул, а после до него дошло. Эта мысль разозлила. Как она могла так подумать? «Хотя, на ее месте можно всего ожидать», — объяснил себе.
— Да, я расскажу тебе сказку про кровожадных убийц, ты положишь под подушку лепесток и заснешь с ним в руке. Надо привыкать к стали.
— И все? — пробормотала недоверчиво.
— Предлагаешь тебя поиметь? Не имею влечения к детям, прости, что развеял твои сокровенные девичьи мечты, — проворчал Крисп, через силу сдерживая гнев.
Ее глаза засияли, а на лице просияла улыбка. Она плюхнулась в кресло напротив. Мягкое и бархатное. Потянулась, зевнула и стала осматривать все вокруг.
«Привыкает».
— А кем был тот человек? — спросила она.
— В шляпе?
Кивнула.
— Хотел бы знать. Он точно не из местной элиты или шайки вельмож средней руки. — Почесал проступившую с утра щетину.
— Он же знал вас.
— Но не я его. Скорее всего, какой-то придворный червь. Может копает по указу брата или его женушки.
— Но зачем?
— А ты как думаешь?
Арри почесала в затылке, осмотрелась, уставилась на стол, поднесла руку к подбородку, потерла, и глаза ее широко раскрылись.
— Из-за меня?! — воскликнула она.
«Нищенка, воровка, ребенок, безграмотная, а соображает».
— Не только, но да, в основном из-за тебя. Поэтому, всегда будь рядом со своим отцом и во всем его слушай. — Он подался вперед и прошептал. — Иначе тебя убьют.
С едой запоздали. Крисп успел изрядно изголодаться. Как только все подали, он махнул рукой, пытаясь скопировать жест императрицы. Слуги мигом выбежали. Он налетел на еду, как изголодавшийся волк на свежее окровавленное мясо. Арри ничем ему не уступала, закидывала в рот все и почти не жевала.
На овальном столе расположились подносы и маленькие блюдца с закусками. Подносы обогащены глубокими тарелками с картошкой, в глиняных горшках ароматно пахло жаркое, золотистое прожаренное мясо хрустело во рту. Из десяти круассанов осталось три. К питью принесли вина.
Арри загоревшимися глазами разглядывала вино в бокале. Выпила залпом и чуть не выплюнула все обратно. Первый раз отведала, да еще и все вылакала одним глотком. Придется учить и этому.
— Не пей как моряк, — сделал замечание Крисп.
— Угу, — пробормотала Арри.
Когда сидеть уже было тяжело, и забивать желудок приходилось через силу, Крисп откинулся на спинку стула. Поерзал, поднялся и плюхнулся в кресло. Слишком он уж полюбил мягкие кресла. Арри сидела дальше, заливая в себя все больше и больше вина. Лицо ее покраснело, взгляд стал томным, а сама начала покачиваться из стороны в сторону.
— Не переусердствуй с вином, завтра будет плохо, — предупредил Крисп.
— Все… хорошо, не волнуйся, папочка. — И засмеялась так, что слезы из глаз пошли.
За дверью послышались шаги. Крисп резко встал, схватил нож со стола, в другую руку взял «лепесток». Дверь распахнулась.
— Дядя! — пропищала вошедшая Йони.
На голове ее золотой венок. Волосы волной. Лицо выражало недовольство. Платье злато-серебряное. Руки в боки. За спиной суровый седой рыцарь. Вроде его звали Гонгеном.
— Ты почему не явился на семейный ужин? Арри! А ты почему? — пищала Йони. — Вы пропустили и семейный завтрак, и ужин, и обед, и завтрак, и обед!
— Простите, Ваше Высочество — пробубнил в поклоне Гонген. — Я всячески пытался остановить ее… э… императорское высочество.
— Не вмешивайся, Гонги! — топнула.
Гонген раскрыл широко глаза, когда увидел в руке Криспа нож.
