Терций вздохнул от восхищения. Он был готов заобнимать и зацеловать девушку, но та отстранилась:
— С ума сошли?! Думаете, что спасены? Мы тут в ловушке. Туман быстро рассеется, а самыми мощными заклинаниями не воспользоваться, пока над головой столько камня. Иззе, ну что ты сидишь и улыбаешься, как идиот? Возьми арбалет и помоги мне!
Тот действительно сидел у основания колонны, смотрел в никуда и широко улыбался.
— Рад вновь услышать ваш вздорный голосок, — ответил он. — Я бы с удовольствием взял арбалет, но удар по голове ослепил меня окончательно.
— Бесполезный кусок мужчины! — ругнулась Чарна, затем наклонилась и с неожиданной внимательностью осмотрела лицо Иззе. — Неужели… насовсем?
— Я не знаю. Пускай стрелок из меня сейчас никудышный, я все еще могу драться. Просто направляйте.
Терций окинул их взглядом. Все ранены, измучены, ослаблены. Обречены, как ни крути, но никто из них не хотел сдаваться.
— Туман уже рассеивается, — шепнула Чарна. — Я знаю, где выход отсюда, но мимо них не проскочим. Что же нам делать?
Терций окинул их взглядом, покачал головой:
— Кто-то должен будет отвлечь их. Мне тяжело снова просить вас об этом, Чарна. Если бы только был другой выход…
— Я поняла вас… Эй, а где Ортис?
Вот черт…
— Эй, сдавайтесь! — крикнул Физалис с другого конца подземелья. — Дамасо Ортис у нас. Вам не сбежать отсюда.
Откуда-то издалека раздался скрипучий лязг открываемых дверей и топот множества окованных сталью ног. Эльфы начали обеспокоенно переговариваться между собой, а потом рассыпались по подвалу, прячась за колоннами. Из последних редких клочков тумана вынырнули стражники в доспехах и одежде без фибул и гербов. Перед ними шел невысокий хрупкого телосложения человек, одетый так же, как эльфы-арлекины Физалиса. Эльфийское подкрепление? Тогда почему вместе с людьми?
— Эй, ты кто такой? — крикнул Физалис.
— Это не важно, — ответил человечек. — Мне придется убить всех. Прошу прощения.
Первым пришел в себя Физалис.
— Эй, я — паж Его Высочества! Вы не можете убить меня!
— Я знаю, кто вы такой, — спокойно ответил человечек и щелкнул пальцами.
Солдаты безмолвно подчинились его жесту. Выставив копья, они ринулись вперед. Физалис помедлил секунду, что-то крикнул, и эльфы стремительно разбежались в разные стороны, словно бусины порванных четок.
— И мы отступим, — скомандовал Терций, подхватив Иззе. — Затаимся, пока не поймем, что делать.
Они побежали, стараясь не попадаться на глаза рыщущих солдат. Терций почти не сомневался, что имел дело именно с солдатами — слишком уж слаженно они действовали.
Амико немного отстал от них. Застыл, спрятавшись за колонной и не сводя глаз с человека в костюме шута. Когда Терций обернулся, чтобы поторопить его, мальчик воскликнул:
— Я понял! Нимб! У него нет нимба! У него нет души!
Сначала Терций пришел в замешательство, не понимая, о чем он говорит, но затем вспомнил картину. На мгновение она предстала у него перед глазами во всем мрачном великолепии. Золотое сияние обрисовывало головы изваяний, мертвое тело, даже белого трехкрылого ворона, что распростерся на крыльях. Но только не силуэт убийцы. Раньше Терций полагал, что это — символическое отлучение злодея от Великого Ткача. Лишение человеческого звания, ведь душа его разрушена многочисленными прегрешениями. Все оказалось куда проще.
Убийца — гомункул.
— Плохо дело, — процедил Терций. — Он — орудие. Его не уговоришь, не запугаешь и не обманешь. Он будет выполнять приказ до последнего вздоха.
«Только чей же это приказ?»
Терций остановился за очередной колонной:
— Нам не сбежать. Мы отрезаны. Выбора нет: нужно объединиться с Физалисом.
— С ума сошли? — вспыхнула Чарна. — Объединяться с этими вероломными тварями?!
— И это сказал дроу! Напоминаю, выбора нет. У него Дамасо. А гомункул ясно дал понять, что убьет всех, в том числе и его. Нужно объединиться с Физалисом. Кажется… у меня появился план.
Чарна скорчила недовольную гримасу, но при слове «план» изменилась в лице:
— Я согласна сделать что угодно, если это поможет нам спастись.
— Для начала дайте затягивающий раны амулет, иначе я долго не протяну…
Пока красный паук штопал смертельно опасную дыру в его животе, Терций думал над деталями внезапно возникшего плана. В голове начало проясняться. Амулет сделал последний заживляющий стежок, упал на пол и от удара сразу рассыпался в труху. Начали докатываться звуки ожесточенного боя. Эльфы против солдат. В этом сражении остроухим не выстоять.
— Чарна, погаси свет.
Между колонн неожиданно подул холодный ветер. Свечи мигнули и погасли, разнося удушливо-сладкий запах расплавленного воска. Подземелье погрузилось в непроглядный мрак. Теперь ни он, ни солдаты убийцы ничего не видели. Это должно было дать эльфам небольшое преимущество против людей.
— Чарна, защищай Иззе. Амико, проведи меня к Физалису!
Терций почувствовал в своей руке небольшую прохладную ладонь гомункула, и он побежал в полной темноте, ведомый этой ладонью, спотыкаясь о тела и древка копий.
