Увидев, что старый Магнолий шаркает ближе к выходу из помещения, Кларенс выдохнул и вылез из шкафа. За ни нерешительно выбрались Оля и Яло.
— Я есть хочу – повернулся владыка к генералу.
— Что желаете? – учтиво склонился Кларенс.
—Понятия не имею. Иди и принеси все, что есть – я выберу.
— Но... Диета...
— *****! Кларенс, какой толк в том, что ты насиживал в шкафу?! Ты что, глухее моего деда?! Ты все слышал, и я тебе позволил слышать... Видно, зря...
Но незадачливого генерала уже как ветром сдуло. Оля и Яло остались наедене с владыкой. Тот очаровательно улыбнулся и приблизился к ним.
— Пора снимать маски, корновал окончен. Какое бы ни было лицо – без маски оно не узнаваемо. Призраки сняли с меня маску... И теперь снова началась настоящая жизнь!
— М-мы...не понимаем...— едва пролепетала Яло.
— А что тут непонятного, волкова героиня? Теперь тебе необходимо посмотреть на себя со стороны в тот момент, когда ты смотрела на себя со стороны... Ну вот, объясняю: прилетели в другую страну — да мало страну — Мир! Начали с того, что набросились на здоровенного мужичину-надсмотрщика... Огрел бы он вас легонько плеточкой или о камушки чуть сильнее ударил — все, прощайте, “освободители народа”! Да у вас мозга меньше, чем у мыши – не всякая мышь в мышеловку полезет, а вы побежали в мышеловку даже без приманки. В незаряженную, и только это вас и спасло... Увидели какого-то полудохлого мальчишку, сразу: «Волк возьми! Надо срочно спасать пролетариат подручными средствами!» И в голову не приходило, что a: малчишка может врать и b: Нушрок в рабстве ни кого не держит. Нанялся – работай, не нанялся – не работай, вздумал вместо дела шабашничать – на, получи. Что не так?!
— Бить детей нельзя – едва выдавливает Оля.
Нарцизс прислонился к стенке, запрокинул голову и звонко рассмеялся:
— Ну, знаешь! Меня мать в детстве знаешь чем порола?! Скакалками! И ни чего, выжил!.. Ох...вот смехота! Как ты там сказала?! Бить нельзя... Ох, не могу... Да у меня четырнадцать детей, уж я-то знаю, что через это место у них прямой проводник к мозгам! А тебя, видать, добрая бабуля пальцем не тронула, раз ты такая выросла! Добрая твоя бабуля! – на последних словах он просто взвизгнул от смеха.
— Повелитель! Командиры взводов доложили, что все готово к следующему переходу! — сунулся в комнату Кларенс.
Нарцизс перестал смеяться, лицо его приобрело выражение предвкушения какой-то жестокой радости. Он одел венец, еще раз глянул на себя в зеркало, взбил кудри и прошептал, жутко улыбнувшись:
— Прекрасно...
====== Часть 16 ======
— Ты видел это?! – заорал Данил, едва успев прикрыть за собой дверь — Витя, это не мой дедушка! Мой был...вообщем, другой!
— Не бойся, владыка такой, каким и должен быть – книголюб достал из шкафа пачку каких-то различных листов и вручил их другу — На, смотри...
Данил присел на корточки и принядся перебирать старые листы, на которых оказались портреты Нарцизса.
— Да... Действительно... Вить, а помнишь, как он на тебя страшно смотрел? Он точно что-то замышляет...
— Почему бы нет? – спокойно кивнул Виктор.— Да какая ему, в сущности-то, разница — внуком больше, внуком меньше — их-то у твоего деда, сам знаешь, как папируса в Египте, а уж тем более... до какого-то земного мальчишки, перечитавшего вселенских умных книжек.
— А вот тут не согласен — покачал головой Данька — Я видел, как он на тебя смотрел, что у него в глазах было, что он говорил тебе... И даже я понимал, что он едва сдерживается, что бы не придушить тебя. А если так, то он чувствует в тебе угрозу... — он поднялся с пола и похлопал друга по плечу — Поздравляю!..
— Спасибо – грустно усмехнулся Виктор.
— Нарцизс, я есть хоцу-у-у!
— Хватит ныть. Я тоже есть хочу, но я же не ною!
— Но ведь я же очень несчастный! Ты же знаешь, что несчастнее меня ни кого нет?
— А те, кто уже умер, они что — счастливей тебя, что ли?
— Да-а... Они уже умерли, им не надо бояться... Нарци-изс!..
— Тебе что, так нравиться быть несчастным?
— Да-а, ведь ты меня жалеешь!
— Ты сам себя здорово жалеешь. Подумай – зачем мне делать лишнюю работу?!
Ецнлос обиделся и отвернулся. Брат часто обижался, и Нарцизс знал, что более чем на пять минут его не хватит. Скоро он обо всем забудет и снова приймется ныть и жаловаться – ему так легче жить.
На том огрызке стены какой-то разрушенной древней крепости, где они сидели, было безопасно смотреть на обезумевший от голода город: кроме ловких мальчишек, по скользким уступам ни кто вскарабкаться не мог.
— Нар-ци-изс!! Йикиле-е-ев!! Чьоловс!!! – заорали мальчишки, зовя своего предводителя.
Нарцизс глянул вниз, кивнул, стащил брата за собой вниз. Как только они спрыгнули с последнего камня, мальчишки голдящей толпой окружили своего многоименного атамана:
— Нарцизс! Там Аксал совсем слегла! Нарцизс! Ты нашел что-нибудь?!
Нарцизс вытащил из своей неизменной голубовато-серой сумки-почтальонки мешочек с орехами. Тут же к юному принцу протянулось с десяток рук.
— По три штуки на рыло, не больше, и не просите – предупредил он, раздавая.— Остальное – Аксал.
