Теперь я точно прижата к нему и к его машине. Путей отхода нет. Он смотрит мне в глаза, наши губы в одном мгновении от соприкосновения. Я теряюсь и не могу понять, что происходит. Пытаюсь вжаться в машину, но боюсь дальше некуда. Его уголки губ слегка приподняты, явно намекая на что-то. Так, зачем я смотрю на его губы? Его рука поправляет мне волосы за ухо и остается на моей шее. Как же от него веет уверенностью и соблазнительностью. Нервно сглатываю, когда другая его рука медленно спускается к бедру и вновь поднимается, но уже под мое худи. Внутри все переворачивается и сжимается в комок. Так, стоп: вибрация в штанах.
Быстро отстраняюсь от парня, убираю его руки и достаю телефон из кармана. Все еще нервничаю, потому что по ощущениям будто находилась на краю обрыва эти секунды, что длились вечность. И кто же мой спаситель?
— Лора!
Саша отходит на один шаг и недовольно смотрит за происходящим, убрав руки в карманы джинс.
— Привет, дорогая. Извини, наверное, у вас уже поздно, но у меня есть хорошая новость, — радостно тараторит она.
— Все нормально, что случилось? — Искоса бросаю взгляд на Сашу, расчесывая волосы пальцами и пытаясь скрыть ими лицо. Смотрю в пол.
— Я нашла замену Иллариону. Но из-за этого все равно придется перенести на один день, потому что раньше невозможно, этот человек сейчас в Анталии.
— Да ты что! — Данная новость не может не радовать. — Я тебе уже говорила, как сильно ты меня выручаешь?
— Много раз, — смеется. — Не за что, все ради тебя.
— Ты умница, спасибо тебе большое!
— Как твои дела? Надеюсь, ты не спала?
Главное, что я снова не пересплю с этим.
— Нет, все отлично, — на мой ответ Саша ухмыляется. — Я тебе перезвоню, передавай всем пламенный привет.
— Хорошо, Викуль. До связи.
Сбрасываю вызов и глубоко вздыхаю, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Что было вообще? С каких пор я себя не контролирую даже в трезвом состоянии? Те самые гормоны? «Я молчу про секс, но целовалась-то ты когда крайний раз? Всем иногда нужен хороший секс». Нет!
— Это что сейчас было? — Возмущение паром выходит из моих ушей, приподнимаю брови.
— Звонок, — он недоумевающе улыбается и снова пытается подойти ближе.
Я выставляю руки перед собой, упершись в его мощную грудь.
— Нет, что это было?
— В смысле?
— Это, — как всегда красноречива в своих объяснениях.
— Разве не к этому все шло? — как мне надоела эта игра «Вопросом на вопрос».
— Нет!
— Перестань! Только не говори, что ты выдерживаешь какое-нибудь правило трех свиданий. Учитывая, что мы уже спали.
— Стоп, — скрещиваю руки на груди. — Люди что не могут общаться просто так?
— Чем тебе не нравится секс без обязательств? Первым раз вышел неплохим, согласись, — кем он себя возомнил? Еще и неплохим?!
— Тем, что я не сплю без обязательств!
— Да ладно.
— Слушай, это была ошибка, ясно? — Его брови приподнимаются от удивления. — А если тебе некуда засунуть свой член, засунь его себе в задницу.
Поправляю рюкзак на плече и ухожу в сторону подъезда. Кто он такой?! Я не собираюсь наступать на те же грабли во второй раз. Пусть он хоть будет последний парень на Земле, к которому все приходят за сексом. Если ему так хочется, и он не умеет контролировать своего дружка, пусть валит в клуб и ищет себе другую. И что это тогда были за тирады о том, что я не такая? Пустые слова, чтобы затащить в постель? Нет, на меня такие приколы не действуют, не тот подход, чертов козел.
— Ты уверена? Когда хоть у тебя еще будет такой шанс? — Он явно недоволен, пытается еще чего-то добиться, придурок. Оборачиваюсь к нему на лестнице:
— Соедини указательный и большой палец, вот тебе и без обязательств, — показываю ему как это нужно делать. — Пока! — И тихо под нос добавляю: — Козлина.
Последнее, что вижу, его слегка ошарашенное лицо, на которое он старательно пытался натянуть улыбку, но брови, сдвинутые к переносице, выдавали его с потрохами.
Вот урод. Весь вечер ведь меня терпел, неужели ради того, чтобы снова в постель завалить? Как же он вымораживает своей бестактностью. Ну, ничего, теперь пусть учится на своих ошибках. Может, кастрируется. Сам.
Через два дня на утро я получила букет моих любимых цветов — пионов — вместе с курьером. С запиской: «Скучала?». От Саши не было ни слуху, ни духу. Я подумала на него, но он не знает, на каком этаже я живу, в какой квартире. А про пионы он тем более не знает, это странно. Злость прошла, но даже через двое суток я не хотела его видеть. Даже если он как-то узнал мой точный адрес, то его старания напрасны. Цветы я, конечно, оставила, но записку разорвала и выкинула. Буду просто смотреть, как пионы, несчастные и ни в чем неповинные цветы, вянут. Также вянут, как мои воспоминания о нем.
