– Я жду, – сказала она, пытаясь скрыть волнение за короткими словами.
– Чего?
– Когда вы объясните ваше поведение и отношение ко мне. Или хотя бы опишете, что вы здесь делаете и чего хотите от меня.
– Мне нужно, чтобы мы находились на одной стороне, – ответил он, как будто это было очевидно. – Возможно, вы заметили, что Джейми одержимый человек, и это состояние ухудшается, когда он пишет книги. Он вам доверяет, и я хочу, чтобы вы помогли мне справиться с ним в это трудное время.
– Что за трудное время? Это всего лишь дедлайн.
– Вы не понимаете.
Стелла ждала объяснения.
Он открыл рот, но затем громко выругался вместо того, чтобы произнести нечто более поучительное. Его нога до середины икры увязла в грязи глубокой рытвины, скрытой под ворохом желтых и оранжевых листьев.
– Боже мой, – сказала Стелла. – Ваши туфли безнадежно испорчены.
– Проклятая страна! Ненавижу Шотландию.
– Разве в Америке нет грязи?
– Только не в Нью-Йорке.
– Бедняга, – сочувственно произнесла Стелла. – А я люблю грязь. И дождь.
Он посмотрел на нее, прищурив глаза.
– Почему вы препятствуете мне? Мы оба хотим одного и того же.
– В самом деле?
– Мы хотим, чтобы Джейми закончил книгу, которая будет иметь потрясающий успех и принесет еще одну тонну денег, чтобы он мог купить вам что-нибудь приятное и от души поблагодарить вас. Или вы надеетесь на большее?
– Я не надеюсь ни на что подобное. Просто выполняю работу, за которую мне платит мистер Манро.
– Знаете, я мог бы сделать так, чтобы вас уволили.
– Сомневаюсь, – ответила Стелла, не имевшая представления, правда ли это. Впрочем, она не видела особой разницы.
– Он прислушивается ко мне. Вы считаете, что он доверяет вам, и в разумных пределах это действительно так, но он практически не знает вас. А мы с ним дружим уже много лет.
– Как мило, – сказала Стелла. – Что же, тогда желаю удачи с заменой.
Самое замечательное в уходе любимого человека, побеге из дома и переходе на работу к незнакомцу, о котором все говорили с неприязнью, заключалось в том, что она больше ни о чем не волновалась. Из-за отсутствия эмоций она чувствовала себя неуязвимой. Пусть будет, что будет.
– Вам известно, что в конце прошлого года он впал в депрессию? Должно быть, вы читали об этом в газетах.
– Нет, – ответила Стелла.
– Да ладно вам, – с досадой произнес Натан, безуспешно пытаясь вытереть туфли пучком травы.
– Я не читаю сплетен. И я даже не слышала о Джейми Манро, пока не получила эту работу.
– Ну, конечно, – Натан усмехнулся. – Вы гораздо выше несчастных придурков с их сплетнями, слухами и телевизионными шоу.
– Не обижайтесь, но это не входит в сферу моих интересов.
– Ладно… – Натан огляделся по сторонам, словно ожидал увидеть слушателей, прятавшихся за деревьями. Он понизил голос: – У него случился нервный срыв. Он не мог выйти из квартиры. Агорафобия, приступы паники. Депрессия. Как ни назови, но у него это было.
Стелла подавила желание сказать «это чушь», но ни на секунду не поверила, что Натан говорит правду. Ум и дисциплина Джейми Манро были крепче, чем у любого другого известного ей человека.
– Я рассказываю об этом только для того, чтобы вы полностью понимали ситуацию. Если он не пришлет мне рукопись на следующей неделе, то он пропустит свой интервал в издательском графике. Тогда лишь бог знает, когда выйдет книга. Моя промоутерская кампания, запланированные телевизионные выступления, рекламные сборы – все пойдет псу под хвост. Если книга не выйдет в срок, то я не знаю… – Он замолчал и прикрыл глаза ладонью, словно не в силах совладать с нахлынувшими чувствами.
Стелла была впечатлена его актерским мастерством. Этот человек явно был готов прыгнуть выше головы за свои пятнадцать процентов от прибыли. Но она лишь укрепилась в решимости не поддаваться на его уловки. Она не сомневалась, что Натан был ловким манипулятором. Секунду спустя он посмотрел на нее, и Стелла впилась ногтями в ладонь, чтобы оставаться сильной и не брать протянутую руку. Натан выглядел искренне расстроенным.
– Не знаю, что он будет делать, – сказал он.
Несмотря ни на что, Стелла ощутила проблеск сочувствия.
– Я поговорю с ним. Посмотрю, как обстоят дела, и постараюсь получить дополненный вариант рукописи. Но я не буду подталкивать его; это не моя задача.
Молчание Натана затянулось на несколько минут, и Стелла уже думала, что разговор закончен. Она ускорила шаг, выбрав лесную тропу, огибавшую мыс по широкой окружности. Земля была припорошена палой листвой, но она потемнела и размокла от дождя, а голые ветви деревьев поскрипывали на ветру. В воздухе пахло сырым деревом и солью.
Она слышала, как Натан идет за ней по сужающейся тропинке. Когда она остановилась, чтобы перевести дыхание и пропустить его вперед, если ему захочется, он тоже остановился, пошарил в кармане и достал зажигалку и пачку сигарет.
– Не возражаете?
Стелла покачала головой. На соседнем дереве жалобно кричала какая-то птица, и отблески солнца высвечивали края облаков. Она задышала глубже – не потому, что плохо себя чувствовала, а потому, что могла это сделать, и это было приятно.
