Мы перешагнули порог. Гостиная поражает размерами, ну зачем такой зал, стены сплошь завешены холодным оружием, начиная от простых каролингских мечей и заканчивая современными из добытого в Щелях железа. В нишах полные рыцарские доспехи с мечами в латных рукавицах, на левой обычно щит со сложным геральдическим рисунком. В центре стол, три кресла и диванчик, далеко справа огромный камин, где можно целиком сжигать столетние дубы, кстати, сейчас там весело полыхал огонь, озаряя пламенем половину зала, остальное освещают две огромные люстры.
Он указал мне на одно из кресел.
— Вот здесь я сидел, как вдруг ощутил приближение нечто тёмного, грозного и опасного. Я начал оглядываться во все стороны, но ничего не увидел! Представьте себе, мне было так страшно, что я вытащил шпагу, с оружием нам всем спокойнее, вы такой же, по глазам вижу. Опасность не ушла, сперва отдалилась чуть, потом приблизилась снова, пахнуло холодом, и вдруг вся тяжесть исчезла. Что скажете?
Горчаков тоже смотрел на меня с такой надеждой, что мне оставалось за неимением шляпы вытащить живого кролика из кармана.
— Впервые, — признался я, — с таким сталкиваюсь. Я вообще не думал, что в нашем просвещённом городе может завестись какая-то нечисть. Тут же Государь Император, а его Господь хранит? А Россия напрямую управляется Богом, иначе ей не выжить?
Он вздохнул, отступил на шаг.
— Если пожелаете, прикажу принести вам сюда ужин, коньяк или всё, что возжелаете.
— Вадбольский, — сказал Горчаков, выглядит он достаточно бледно, а на лбу выступили бисеринки пота, — хочешь, останусь с тобой?
— Спасибо, — поблагодарил я. — Пока ничего не нужно. Кроме бутылки вина, гречневой каши с мясом, блинчиков с медом и пары расстегаев с рыбой и грибами.
Горчаков с укором покачал головой, а герцог нервно усмехнулся, кивнул и удалился достаточно быстро, пока я не передумал. Горчаков вышел с ним, но на пороге оглянулся и еще раз покачал головой.
Я со вздохом рухнул в кресло, набегался сегодня, надо прикинуть как буду отбиваться, если на мои земли сунутся соседи. К сожалению, власть императора не настолько велика, как внушается церковью и школьными учреждениями.
Могучие боярские Рода, как и старинные княжеские, накопили такую мощь, что могут потягаться с императорской. Но издавна был достигнут разумный компромисс, каждый Род платит в казну налоги, а император не лезет в их дела, склоки и междоусобные стычки.
Потому императору будет всё равно, захватит кто-то из соседей мои земли, заодно прибив такого хилого хозяина, или нет, империи от этого никакой опасности, а это главное.
Но мне не всё равно, останусь я владеть своим теперь имением, или его у меня отберут, а ещё и прихлопнут, как муху. А я вместо того, чтобы крепить оборону своего крохотного отечества, сижу тут в доме герцога или принца по-нашему… как его… ага, спасибо, Мата Хари, Георга-Августа-Эрнеста-Адольфа-Карла-Людвига, герцога Мекленбургского-Стрелицкого… именно Стрелицкого, а не Стрелецкого.
По гостиной вдруг словно пронесся холодноватый ветер, хотя ни одна салфетка на столе не сдвинулась, а шторы и не подумали шелохнуться, но я ощутил этот ветерок, ощутил.
Затем ощутил слабое присутствие чего-то лишнего, по комнате метнулся полупрозрачный смерч, я в изумлении уставился на него, а он подлетел ближе, я услышал едва разборчивый голос у меня прямо в голове:
— Какой… колоритный… экземпляр…
— От колоритного слышу, — отозвался я автоматически, хоть и с невольной дрожью в голосе.
Смерч остановился так резко, словно ударился о стену. Метнулся с середины комнаты и мгновенно завис передо мною полупрозрачным столбом, однако голову с провалами на месте глаз и два ряда зубов свободного от мяса и кожи черепа вижу отчетливо.
— Ты, — донесся такой далекий голос, словно идёт пешком с Альфа Центавра, — ты… меня видишь?
— И слышу, — буркнул я. — Думаешь, ты первый, с кем общаюсь, не задействуя примитивный речевой аппарат?
В моём черепе отчетливо прозвучал вопрос, в котором я ощутил дикое неверие:
— Что… есть и другие? И вообще, как ты меня узрел?
Я сдвинул плечами.
— Легко. О расширенном зрении слыхал, дядя? От инфракрасного до ультрафиолета, плюс кое-какие излучения. Но не могу сказать, из чего ты на самом деле. Вижу грязный дым, как после подгорелых шашлыков, даже запах вроде…
Он облетел вокруг меня, я понял зачем и проследил за ним взглядом, поворачиваясь вокруг своей оси.
— В самом деле, видишь, — произнес он потрясенно. — Я бы назвал тебя величайшим магом, но ты точно не маг. Магии в тебе практически нет.
— Видишь, — сказал я, — как мне повезло! А мог бы, стыдно сказать, оказаться магом. Лучше скажи, ты как дошел до жизни такой, носишься привидением и пугаешь детей?
Он проговорил раздраженно:
— Не твоего ума дело, мальчик. Я был величайшим магом своего времени!.. Полагаю, что и всех предыдущих. Но даже лучшие маги не бессмертны.
— Понял, — ответил я с готовностью, — ты сумел перевести своё существование в силовые поля. У нас тоже над этим работают.
Он охнул.
— Что?..
— Хвост через плечо, — ответил я и пояснил вежливо, — это у нас так удачи желают.
