При этих словах инструктор поднимает вверх свой АК и вертит его в руках, поворачивая вправо и влево, снизу и сверху показывая нам приемы владения им. В его руках мы видим не просто уставное оружие, а какой-то электроинструмент, вроде дрели или отбойного молотка, или же перфоратора, которыми мастер на все руки старается произвести свою работу. Потом мне все это очень пригодилось на позиции, за ленточкой. Я потом не раз вспомнил инструктора добрыми словами.
– Там, за ленточкой, вы будете грязными, обросшими, и это очень хорошо, потому как снайпер выбирает из вас что-то эксклюзивное, особенное, – доносит до нас мысль другой инструктор, с длинной бородой и только что вернувшийся, по слухам, из Донбасса. – Не надо особенных разгрузок с разными расцветками на себе таскать, и опознавательных знаков вешать на себя не надо, иначе снайпер может вас снять. Все шевроны там запрещены. И первые, кого стараются они валить, это командиров, снайперов, пулеметчиков, медиков, саперов, гранатометчиков, а если «Корд» обнаружат, то постараются подавить его минометами. Так что думайте.
Еще через неделю нас построили на поляне между палатками, где командир учебной роты нам объявил о том, что те, кто пожелает сейчас отправиться на Донбасс, могут это сделать, только им надо подойти к нему. Видимо, нужны были люди в боевых подразделениях. Понятно, что несем потери. Кто-то решил раньше времени уйти за ленточку, а я же задумался. Собрались с мужиками поговорить и решили, что если мы еще на войне не были до этого, то надо, если есть возможность, учиться. Успеем туда. Все там будем. На следующий день кидали гранаты. Инструктор, который руководил всем этим процессом, сказал нам, что если кто-то гранату еще не кидал и делает это впервые, то это как побыть впервые с женщиной в постели. Да, ощущения еще те… Адреналин и хочется выть от восторга. Откидались.
Да, кстати, были среди нас и те, кто решил покинуть учебный лагерь. Их звали «пятисотыми», и коллектив на них «косился», их не любили. Я же к ним относился понимающе. Объясню свою позицию по этому вопросу. Лично для меня, если человек уже пришел в «Вагнер», попробовал свои силы на полигоне, то он, как я думаю, уже достоин уважения. Не каждый имеет силу духа, чтобы даже приблизиться к этому лагерю… А эти люди решились. Ну не смогли пойти за ленточку, все же это не спортивное соревнование по бегу или перетягиванию каната, а война, и на этой войне можно лишиться жизни. Воевать не каждый способен. И кто не способен на смертельный конфликт с врагом, пусть кует победу на другом поприще. Ему тоже общество должно выказать уважение, если он создает оружие для нашей армии или же собирает гуманитарную помощь для нее. Победа и в тылу куется, без тыла нельзя победить. Быть воином, познать философию воина – это дано не каждому, и потому человека судить строго нельзя по этому поводу. Я сторонник кастового развития общества. Например, не только из теорий или религиозных учений, но и на жизненной практике я познал ту вещь, что любое общество естественно делится в своей структуре на философов, воинов и управленцев, а также на тех, кто организует работу по созданию материальных благ, и тех, кто непосредственно создает такие блага. А внутри тоже разные ниши или ступени, каста в себе так же делится на разного рода страты. Есть и те, кто выкинут из кастового порядка, они изгои, и эти изгои мечтают вернуться в общество, но общество их не принимает, тогда эти изгои начинают внутри своего сообщества выстраивать определенную иерархию. Закройте группу людей на долгий период в помещении, так все равно эта группа людей расколется на эти четыре касты. Это как природный процесс. То же самое происходит и с большими сообществами людей, коих может быть десятки миллионов.
