Вдруг, перевёрнутое на бок судно, с чудовищным грохотом упало прямо на спину Разумовского. Хрупкая крыша парома разломилась, и край палубы врезался в поясницу инженера. Она не была защищена платформой или рюкзаком — их раскидало по земле. Только собравшийся встать Разумовский был пришиблен с такой силой, что солдат закричал от дикой боли. Владимир тут же подлетел к корме парома, взялся за край палубы и потянул вверх. На удивление старый деревянный паром оказался неподъёмным. Следом за Владимиром подлетел Гефест, он с ещё большей неистовостью потянул палубу. Та приподнялась и немного места удалось выиграть. Этим воспользовался капитан и Контур: они взялись за руки инженера и потянули его на себя. Тот вновь взревел от острой боли в спине, но тело его освободилось из капкана. Офицеры бросили паром и тут же расслышали громкий стук в каюте.
— Латинос, — буркнул Контур. — Хрен с ним, надо валить.
— Но так нельзя! — вступился за иностранца капитан. — Он ведь тоже человек!
— Мы идём дальше! Это приказ! — Контур ткнул в капитана пальцем и последовал к группирующемуся отряду.
Капитан посмотрел ему вслед. Чуть поодаль собирались люди. Гефест притащил Разума к ним, так что Георгий уже осматривал спину Разумовского. Остальные собирали разбросанные вещи. Артём не заметил лишь «балласт» — учёных. Он обернулся к берегу, где увидел гражданских. Оказалось, Олеся лишилась чувств, и Демидов в панике пытался привести её в сознание. Она лежала на желто-оранжевом ковре листвы с широко раскинутыми руками, а учёный всё тряс её за плечи. Капитан обернулся, чтобы убедиться, насколько серьёзно Георгий занят с Разумовским. Так оно и было — медик колол инженеру обезболивающее. Поэтому капитан быстро зашагал к учёным.
— Ты бы оттащил её подальше! Вода ведь близко! — прокричал сквозь маску Артём.
Но Демидов не обращал на него внимания. Он тряс девушку и всё повторял:
— Очнись, ну очнись же…
Артём оттолкнул учёного и сам принялся вызволять Олесю из лап небытия. Он отсоединил её кислородную маску и понял, что её залила вода. Лишний раз выругавшись на перепуганного до смерти учёного, Артём вылил воду и приложил маску ко рту Олеси. Когда спасительный воздух понёсся к её легким, капитан несколько раз с силой приложился к её груди. Раз, два, три и Цаер очнулась, выплёвывая воду в маску. Капитан убрал её от лица учёной и приложил, как только убедился, что дышать она могла свободно. Артём свирепо посмотрел на Демидова.
— Ты чуть не угробил её, умник.
Но Антон не обратил на его слова внимания. Он на четвереньках подобрался к Олесе и тихо, но счастливо рассмеялся.
— Я уж думал, что ты не оживёшь.
Цаер зарыдала и бросилась обнимать коллегу. Капитан не хотел на это смотреть. Встав, он резко сказал им:
— Собирайтесь в путь. У воды лучше не держаться. — он зашагал к отряду.
Люди уже были готовы к бою, все, кроме Разумовского: его положили на носилки. Лейтенант просил оставить его, чтобы не быть обузой, но никто даже думать об этом не хотел, в том числе и Контур. Майор стоял над инженером в глубоких раздумьях.
— Идём? — обратился капитан.
Контур вздрогнул.
— А учёные?
И как только Артём набрал воздуха для ответа, позади взревела река. Нечто огромное вырвалось из потока. Капитан обернулся и увидел, как огромная красная пасть чёрной анаконды летела на стоявшего спиной к ней Демидова. Круглый омерзительный капюшон торчал из её затылка, глаза наполнились безразличной яростью. Учёный успел обернуться и даже сделать пару шагов вперёд, но змея всё равно успела схватить его за ноги по колено. Длинные крючковатые зубы впились ему в голени. Демидов завопил и упал, равно как и вновь потерявшая сознание Цаер.
— Огонь! — разнёсся громом приказ Контура.
Автоматы ливнем посылали пули в голову твари. Плоть змеи разрывалась, кровавые ошмётки разлетались по земле. Несмотря на чудовищный урон, анаконда успела чуть подбросить ученого над землей и проглотить его по пояс до линии металлической платформы. Побледневший учёный орал, хватаясь за землю, но в руках не оказывалось никакого выступа, а только трава и листва. Вдруг одна из пуль попала змее в глаз и разорвалась в черепе твари. Анаконда дёрнулась и затихла. Поток начал уносить её грузное тело с берега, поэтому солдаты со всех ног помчались к Демидову, чтобы успеть вызволить его, прежде чем огромную тушу увлечёт за собой река.
Оказавшись перед головой змеи, Владимир в полной мере осознал её размеры. Бедный учёный помещался в самом центре её рта между длинными клыками. Череп сужался у челюсти и становился шире к затылку. Владимир прикинул расстояние между её скулами и понял, что их разделяло не менее двух метров. Между тем Демидов отчаянно стонал и всё продолжал цепляться за землю.
— Я чувствую зубы… в животе… — тихо говорил побледневший Демидов.
— Молчи, нефиг тебе говорить. — Георгий вкалывал слоновью дозу морфина.
Майор оглядел жуткую картину и принял единственно правильное решение.
— Нужно приподнять челюсть. Иначе он не выберется.
