«Да пошел он! – послала мысленно вдаль проблему с бывшим мужем Марианна. – Даже думать о нем и его адекватности не собираюсь! – И, глубоко вздохнув, выкинув образ бывшего мужа из головы, подумала о приятном: – Я сегодня сексуально удовлетворенная, счастливая женщина. Я парю…»
В ключе такой вот душевной установки и прошел весь день Марианны Викторовны. Причем Ян Валерьевич Стаховский принял в нем весьма активное и далеко не последнее участие. Позвонил днем и пригласил все их семейство вместе с друзьями в гости, заинтриговав необычайно.
– Я тут привез Кириллу кое-какие интересные тренажеры для развития мозга, – сопроводил он свое приглашение по громкой связи, которую включила Марианна, выслушав приглашение.
– Какие тренажеры? – мгновенно подскочил к маме Кирюшка, возбудившись интересом до невозможности.
– Ну это по телефону не расскажешь, тут, Кирюха, только показывать надо.
– Мы сейчас придем! – прокричал пацан и посмотрел на маму в ожидании немедленной поддержки.
– Давай не прямо сейчас, – лишь подогрел нетерпение ребенка отложенным визитом и необходимостью ожидания Ян, – а где-то через часик, чтобы я успел приготовить обед.
– Не вздумайте ничего готовить! – немедленно встряла в разговор Елена Александровна. – Мы все приготовим сами.
– Да у меня в духовке уже кролик в травах с бататом томится, Елена Александровна, – покаянным тоном признался Стаховский.
– Ну ладно, Ян, – согласилась та. – Кролик пусть себе томится, коли он уже в духовке, но все остальное принесем мы.
Так и порешили, то есть приглашение было принято с большим энтузиазмом. И званый вечер удался на славу. Была, правда, одна заминка, когда мамины друзья, увидев гостеприимного хозяина, выехавшего к ним навстречу в инвалидной коляске, несколько опешили от такой неожиданности. Как-то никто не потрудился предупредить их об увечье соседа, увлеченные подготовкой к обеду, да и просто не придавали этому факту особого значения. Но неудобство момента быстро прошло, сглаженное легкой шуткой Яна, разрядившей обстановку.
А когда Стаховский начал демонстрировать обещанное, то тут уж всякое смущение и неловкость вмиг исчезли, поскольку все гости настолько заинтересовались, увлеклись и желали непременно опробовать эти самые тренажеры, что начисто позабыли не только про смущение, но и про обед.
– Смотри, – объяснял Ян Кирюшке, – вот эта доска с выемками и полукругом снизу называется «балансировочный диск». Задача такова: ты становишься на него, да, вот так. – Стаховский, поддерживая ребенка за руку, помог ему встать, как на скейтборд. – Вот сюда мы кладем железный шарик, который тебе надо, балансируя, прогнать по вот этим выемкам, – показал он вырезанные в центре доски петли «трассы».
Ну, и началось! Азарт, пробы еще и еще раз. А потом следующий тренажер, ручной, «межполушарная мозг-доска» – это вообще нереал полный: два лабиринта, правый и левый, закрученные в разные стороны, по которым одновременно правой и левой рукой надо гонять «ходунки». Да сейчас! Вы пробовали? Зашибись, задачка. Но, зараза, затягивает похлеще любого интернета. А еще головоломка-лабиринт с шариком…
Кролик чуть не сгорел. Вовремя спохватились, отложили тренажеры, накрыли стол, за который Кирюху усадили с большим трудом, оторвав от упорного, азартного освоения новой забавы, пообещав, что он только поест и будет свободен – все тренажеры его.
И так хорошо, душевно посидели. Даже песни попели, когда Стаховский под общее настроение запустил на компьютере программу «минус голос», дававшую мелодию любой заказываемой песни, что-то вроде караоке, но круче.
А ночью Марианна, уже приобретя кое-какие навыки с прошлой своей партизанской вылазки, снова сбежала подпольщицей Катей к резиденту Яну, поджидающему ее на улице, составлять «шифровки».
Ох и «шифровки» у них получились! Улет!
А потом они снова долго сидели у камина, ведя проникновенный в чем-то порой исповедальный разговор, испытывая поразительную, необъяснимую душевную потребность познать друг друга не только телами, но поделиться личными переживаниями и мыслями, прошлым.
И они говорили, говорили, говорили, завораживаясь, увлекаясь словами, мыслями друг друга, жестами, мимикой, голосами, интонациями, слишком личными моментами недосказанности и пониманием того, что недосказано словами, иной областью чувств… Они «пили» чувственность этих разговоров, погружаясь в миры прожитых жизней друг друга все глубже и глубже.
– Я хотела спросить, почему ты не пользуешься протезами? – интересовалась Марианна. – Или этот апгрейд слишком дорогое удовольствие?
– Да, современные протезы весьма недешевая вещь, но существуют специальные государственные программы для инвалидов, позволяющие приобрести протезы по частичной стоимости, а то и вовсе бесплатно, – подтвердил ее предположение Ян. – Впрочем, я вполне обеспеченный человек и достаточно неплохо зарабатываю, чтобы не просить у государства «Помогитя, суки!», а приобрести протезы любой ценовой категории и любой, даже очень продвинутой модификации.
– Но их у тебя нет? – уточнила Марьяна.
