Я закашлялся, выпустив протянутую для поцелуя ручку. Ну, они дают! Это надо же такое придумать! Дочка архимага ди Нуарэль... Восхитительно! Жаль, что нельзя будет посмотреть на лица тех, с кем она будет знакомиться...
- К Вашим услугам, миледи, - я припал губами к протянутой руке и посмотрел на девушку с искренним восхищением.
Все: осанка, жесты, речь, - говорило о том, что передо мною, по меньшей мере, герцогиня, а то и истинная дочь бывшего Советника нашего короля. Я даже стал сомневаться в том, что передо мною та девица с дерзким характером, что я вел по коридору мимо портретов предков. Та была серой мышкой... Серой-серой...
Я предложил Эрлине ди Нуарэль руку, и мы вышли на улицу, где я помог девушкам сесть в экипаж. Кивнув отбывшим во втором экипаже родителям, сел напротив сестры и ее компаньонки. Экипаж тронулся.
Со смехом сняв маску, я посмотрел на девушек и спросил:
- Ну и чья это была идея? Эрлина ди Нуарэль... Хотел бы я видеть лица тех, с кем вы будете знакомиться!
- Я тоже, - произнесла Милара, снимая маску, в отличие от Лины: - Это моя идея. Представляешь, братец, Лина даже не слышала об архимаге Лириме ди Нуарэль!
Я недоверчиво посмотрел на девушку, но она ответила лишь вежливой улыбкой.
- Правда, я сама очень мало знаю. Ну, то, что архимаг Лирим ди Нуарэль был Советником короля и главой Гильдии, конечно, знаю. И рассказала Лине. А вот почему он впал в немилость... Говорят, там была замешана любовь, но...
Я поморщился. Н-да... Умеет сестренка собирать сплетни. Усмехнувшись, произнес:
- Сестренка, пожалуй, лучше я эту историю расскажу твоей компаньонке. Я ведь в школе Четырех Стихий, как-никак, учусь. И, поверь мне, о личности архимага ди Нуарэль нам рассказывали немало. Он ведь был главою Гильдии.
Увидев, что внимание дам полностью мое, я уселся поудобнее и, словно мэтр, начал рассказывать:
- Лирим ди Нуарэль родился в 263 году от Торжества Света в семье герцога д'Нуарэль. Он был третьим сыном. Когда мальчику исполнилось десять лет, его отдали на обучение в Гильдию, в школу Мастерства. Так тогда называлась школа Четырех Стихий. Лирим д'Нуарэль стал Лиримом ди Нуарэль, потому как маги тогда лишались права считаться знатью. Это сейчас многое изменилось, а тогда... У Лирима ди Нуарэль был редкой величины дар, огромная Сила... Уже к двадцати годам он стал архимагом, а к двадцати пяти - главою Гильдии. Не буду перечислять, сколько новых заклинаний он придумал и сколько древних рукописей расшифровал. Много. Когда Лириму ди Нуарэль исполнилось тридцать, он стал Советником короля. Как же тогда негодовал Верховный Жрец! Но именно тогда жрецы и маги, наконец, стали абсолютно равны.
Я умолк, чтобы дождаться нетерпеливых просьб о продолжении. Первой не выдержала, конечно, сестра.
- И что было дальше, Ламиар?
- Не Ламиар, а Нимел. Не портите мне весь маскарад, герцогиня д'Риаль, - на мои слова сестра обиженно поджала губы: - Что было дальше? Через три года архимаг ди Нуарэль, глава Гильдии и Советник короля женился на безродной девушке. Вроде бы ее звали Вельяра. Скандал был немалый. В итоге архимаг покинул пост Советника, а через год и пост главы Гильдии. Как говорится, вмешивать чувства в политику - гиблое дело. У архимага было много друзей, но было не меньше и врагов. Те-то уж быстро воспользовались скандалом, чтобы сместить его. А, может, и убить.
- Убить? - в голосе Лины была тревога.
- Наверное. Просто через полтора года после этого скандала архимаг с женой исчезли. Их искали, но вскоре было решено, что они погибли: все их средства остались в доме, прислуга не рассчитана... Так не сбегают. Так что Вы, Эрлина ди Нуарэль, породите сегодня немало сплетен и слухов...
Казалось, Лина побледнела, услышав мое предположение, хотя, возможно, это был лишь отблеск луны. Ее голос был беспечен и весел, когда она произнесла:
- Это будет весело, не находите? Пожалуй, я тоже сожалею, что не смогу увидеть лица тех, с кем буду знакомиться...
Экипаж остановился. Мы приехали. Выйдя, я подал руку дамам. Первой вышла Эрлина ди Нуарэль, словно специально решив избежать меня в качестве спутника. Я был вынужден взять под руку сестрицу. Утешало лишь то, что на балу я мог распоряжаться собой по своему усмотрению. Долой этикет! Во дворец я вошел с предвкушающей улыбкой.
* * *
Я вышла на балкон и прижала ладони к вискам. Глотнула свежего ночного воздуха и окинула взором темный сад, что рос перед дворцом. За спиной шумел бал. Маскарад.
Н-да, как и предсказывал Ламиар, я оказалась популярна. Даже более чем. Меня осыпали комплиментами, а от провала спасало лишь заученное правило: молчание - золото. Впрочем, от улыбки уже начинало ныть лицо.
