«Что ж, хозяйка так хозяйка», — решила Ольга и принялась наводить порядок. Прислуга с удивлением наблюдала, как она, откуда-то безошибочно зная, где что лежит, действовала в доме. К приезду Штольца все в старинном доме сияло новой чистотой и безупречным порядком. Ольга волновалась — предстояло самое трудное. Штольц раньше не скрывал своих чувств к ней. Как он поведет себя сейчас? Как ей удержаться на той грани отношений, сыграть свою роль так, чтобы ни у кого не оставалось даже тени сомнений в естественности их отношений? Это было нелегкой задачей. Ольга боялась не столько за себя, в себе она была более чем уверена. Она боялась за Штольца. К счастью, ее опасения оказались напрасными. Штольц прибыл из Берлина совсем другим человеком. Он был в прекрасном настроении, наполнен какой-то новой для нее, неизвестной энергией. Она не сразу поняла. Он объяснил ей сам. Уединившись с ней в своем кабинете, он заговорил:
— Ольга, вы посланы мне Богом. Сначала вы лишили меня ума и пленили мое сердце. Когда вы сбежали… — Пауль поправился, — ушли, я думал, что моя жизнь закончилась. Мне стоило большого труда выйти из кризиса, поверьте, дорогая, это так. Но потом вы вернулись и разбудили мой разум и освободили мою душу. Как будто черная пелена спала с моих глаз. Вы не представляете, как я вам благодарен. Я знаю теперь, ради чего живу. Ради моей родины, возрождения старой добропорядочной Германии, сейчас ослепленной и обманутой. О, мой Бог! Я благодарю тебя за то, что ты вернул мне рассудок. Как я мог быть таким глупцом? Ольга, я был на совершенно секретном совещании СС в «Аненербе». Там говорили о возможности создания людей-роботов. Солдат, не боящихся боли и не знающих страха. Солдат, не имеющих никаких человеческих эмоций. Жалости, совести, стыда! Там говорили об этом всерьез. Вы понимаете, Ольга? Кошмар. Самое ужасное, что еще неделю назад я бы даже не задумался обо всем этом. Я бы продолжал выполнять эти преступные планы сумасшедшего маньяка. Как миллионы других слепцов, я бы шагал в пропасть с улыбкой на губах, лелея и боготворя своего фюрера. Адольфа Шикльгрубера… Я, потомок старинного дворянского рода…
Пауль налил себе коньяку и пригубил бокал. Он прошелся по кабинету и опустился в свое кресло.
— Ладно, отставить эмоции. Я искренне рад, что вы здесь. Вы верите мне, Ольга?
Ольга с улыбкой кивнула.
— Вы даете мне силы. У меня есть много полезной информации, причем одна, по моему мнению, очень срочная.
Через несколько часов в Москве была принята первая шифровка от Вальтера. Красков был доволен. Он сидел за столом в своем кабинете один, курил папиросы и рассуждал.
Пока можно считать, что операция по вербовке была успешной. Сведения, полученные от Вальтера, представляли очень большой интерес. Информация о работающей на Кольском полуострове спецгруппе «Аненербе» была важной не только сама по себе, но и с точки зрения проверки достоверности информации Вальтера. Его надежности. Красков хорошо понимал, что имеет дело с офицером СС. Он допускал возможность дезинформации и игры на «два фронта». Проверить Вальтера предстояло группе «Северный ветер», что и было одобрено руководством. Заодно цели и задачи заброшенных на Кольский полуостров немцев должны были быть четко и ясно установлены. Естественно, они должны быть обезврежены, желательно взять их живыми. Поскольку отправка группы на поиски полузабытой, пусть и загадочной пещеры была не очень мотивирована, Красков боялся отрицательной реакции Берии. Безусловно, он его понимал, шла война, и ситуация на фронте была очень тяжелой. Предпринятые зимой сорок второго года контрнаступления наших войск под Москвой и Ленинградом не оправдали надежд… В окруженном и блокированном Ленинграде голод. Дуроломство, а то и предательство в генералитете. Целые армии опять в окружении. Поди разберись… Сотни тысяч полегли… А тут практически мирная научная экспедиция. Красков усмехнулся. Да и научной ее не назовешь, скорее антинаучная. Так что все произошло очень кстати. Единственное — практически ничего не известно о месте и только предположительно о времени высадки немцев. Ну да ничего, Вангол разберется. Его доводы о том, что немцы именно там, у Сейдозера, показались полковнику достаточно убедительными. Иван Иванович глянул на часы и встал. Уже утро. Опять не спал, с некоторой досадой подумал Красков и, вытащив из книжного шкафа подушку, выверенным броском определил ее в углу дивана. Хоть пару часов, да его…
Вангол проснулся с первыми лучами солнца, едва пробившимися в глубокую долину, отразившись от отвесных скал. Было сыро и прохладно. Расшевелив угли замершего костра, подкинул сушняку, поставил котелок с водой на огонь и спустился к небольшому ручейку умыться. Здесь и услышал шаги приближавшегося охотника.
— Доброе утро, Ярасим!
— Здравствуй, Вангол! Я готов отвести тебя к пещере.
— Если не возражаешь, попьем чаю, вода уже закипает, и пойдем.
— Хорошо.
