– Я согласна! Я согласна отдать то дорогое, чего у меня нет! Только избавьте меня от этого! – взмолилась Варя, которой казалось, что мертвецы все ближе, вот-вот переберутся через калитку.
Внезапно у нее в кармане зазвонил телефон.
– Возьми трубку, – приказала Матрена.
Варя ответила. И поменялась в лице.
– Нет, мама, не могу приехать. Я не в городе сейчас. Я постараюсь завтра. Мама, не плачь.
Внезапно связь оборвалась. Варечка попыталась набрать номер матери, но потом поняла, что нет покрытия сети. И посмотрела на женщину. Отчаяние читалось в ее глазах. Даже о мрачных тенях Варя теперь не думала.
– У вас есть телефон? Мне нужно срочно позвонить. Сестру положили на сохранение, – тараторила Варя, вскакивая с места.
– Сядь, – властно потребовала Матрена, и Варя не смогла ослушаться. – Успокойся, тут разговор серьезный. То, что ты силу чужую забрала, так этого теперь не изменишь. Я время вспять поворачивать не умею. Но у тебя теперь есть два выхода, и ты должна решить, как жить дальше. Цену за избавление от дара теперь ты знаешь.
Варя прижала ладошку ко рту, чтобы не закричать. Из глаз ее покатились крупные капли слез. Она уже ничего перед собой не видела. А за окном голоса шептали, стонали, звали…
– Нечего тут реветь, – сказала ведьма. – Цена назначена. Решай!
Варечка отчетливо помнила свой ужас и скребущихся в дверь монстров. Сквозь слезы видела мертвецов, толпящихся за калиткой, что не смели войти. Но такую цену она заплатить не могла. Только не эту цену.
– Я передумала, – сказала Варя спокойным, ровным тоном и сама себе удивилась. – Знать, судьба мне стать ведьмой. Я готова учиться.
– Ты твердо уверена? – спросила Матрена.
Варя не ответила, просто посмотрела на ведьму так, что та все поняла.
– Значит, быть по сему.
Телефон пиликнул у Варечки в руках. «Все обошлось. Лена и ребенок в порядке», – гласила СМСка от мамы.
Варечка сидела за столом и вертела маленькую ложечку так, чтобы тягучая капля меда не упала на стол, пока она несёт ее до свернутого в треугольник блинчика.
– И как это происходит? Как они находят вас? – спросила Варя у женщины.
– Как, как… А ты как нашла? По деревням окрест меня все знают. А кому сильно надо, тот и из города приедет. Подскажут. Про сарафанное радио слыхала? Вот так обычно. А иногда и как с тобой. Просто очень надо человеку, и так случается, что он обо мне узнаёт.
– А эта женщина, которая сегодня придёт… Что у нее произошло, что она призрака видит? У нее тоже дар?
– У этой-то? Нет, у нее дара никакого нет.
– Тогда почему она видит его, если нет дара, – допытывалась Варя.
– Почему, почему? По кочану! – рассердилась ведьма, но потом все же продолжила. – Видит, потому что к ней пришел призрак. Значит, ему только она помочь может. Ну, ещё потому, что чувствительная она к тонкому миру. Понятно? – спросила Матрёна.
Варе понятно не было. Но у ведьмы был такой суровый взгляд, что переспрашивать ещё раз она не решилась.
– Понятно.
– Когда она появится, ты в комнату уйдешь. Там, за дверью, стул поставишь и в замочную скважину смотреть будешь. Дела часто такие, что люди не хотят, чтобы посторонние знали. Поэтому сидеть будешь тихо, как мышь под веником.
– Хорошо, – согласилась Варя. Да и какие у нее были варианты?
– А бывают и такие люди, что самой страшно. Мёртвые так и таскаются за ними. А уж их тайны нужно с собой в могилу уносить. Узнают, что проболталась – кирдык, больше точно никому ничего не расскажешь.
– Кто это? Колдуны что ли? – забеспокоилась Варя. А Матрёна рассмеялась, словно девушка анекдот ей рассказала. Аж слезы из глаз брызнули.
– Ну, даёшь, – сквозь смех проговорила женщина, достав из кармана платочек и утерев выступившие слезы, – колдуны… Вот умора. Бандиты! Колдуны к тебе не пойдут, если защиту хорошую поставишь. А вот бандитов жди. Этим всегда наша помощь нужна.
Варечка вздрогнула, едва представив, как в квартиру к ней заходят татуированные дяди. Она таких только по телевизору видела.
– Да ты не боись, – вещала Матрёна. – С ними просто надо знать, как себя вести. Бояться не надо. Все же они люди. Не нелюди какие.
– Какие ещё нелюди? – распереживалась Варечка.
Ведьма только хмыкнула себе под нос.
– Вон, идёт болезная. Шуруй-ка ты, девка, за дверь. Да сиди тихо. И ничего не бойся. Запомни, в этом доме тебе никто зла не сделает.
Слова Матрёны вызвали у Вари только новые вопросы, но девушка юрко шмыгнула в спальню. Как велела хозяйка дома, она подставила табурет, села, оперлась ладонями в колени, поёрзала на стуле, устраиваясь поудобнее, и приложилась к замочной скважине.
В дом вошла немолодая женщина. Одета она была хорошо: кожаные сапожки, платье строгое, брошь в виде цветущей веточки вишни приколота над грудью. Было видно, что дамочка ухоженная, но под глазами у нее залегли глубокие тени. Что-то явно мешало ей спать.
– Здравствуйте, вы Матрёна?
– Всё верно.
– Это я вам звонила. Меня Елена зовут.
– Проходите, Елена, присаживайтесь, – пригласила Матрёна, предложив чаю. Но женщина отказалась.
