— Приятных снов, моя козочка. То ли от пожелания Штороса, то ли от приятной неги, расслабившей тело, Динка больше не видела в эту ночь дурных снов.
На утро она, конечно же, ни слова не сказала Вожаку о ночном происшествии. Как и рассчитывал Шторос. Демон его забери! Машинально выругавшись про себя, Динка невольно улыбнулась этой фразе. Настолько это прозвучало нелепо по отношению к Шторосу. Они с Хоегардом тоже молчали, лишь многозначительно переглядывались, словно нашалившие мальчишки.
— Динка, подойди сюда, — услышала она приказ Вожака и скорее поспешила к нему.
Вожак, сидя на стуле, поманил рукой ее поближе. И Динка, покорно опустив голову, подошла к нему почти вплотную. Вожак взял ее за плечи и развернул к себе спиной. Динка снова вся затрепетала от пугающего предчувствия. Что он собирается делать? Тирсвад был прав. Они на самом деле обращаются с ней, как с игрушкой, не считая нужным ставить ее в известность о своих планах.
Вожак собрал в кулак ее длинные, растрепавшиеся после сна, волосы. Динка заледенела от страха. Из всех наказаний, которые она знала, больнее всего было таскание за волосы.
— Ты чего опять такая напуганная? — проговорил он без злости, и провел по ее волосам гребнем, придерживая прядь рукой, чтобы не дернуть.
Динка судорожно вздохнула. Опять ее самые худшие ожидания не сбылись. И это выбивало из колеи. От демонов она ожидала чего угодно, только не такой заботы. Агнесс причесывала ее волосы гораздо больнее, выдергивая гребнем особо непослушные прядки.
— Опять случилось что-то, чего я не знаю? — продолжал расспрашивать Вожак. Но Динка отрицательно покачала головой. Она не хотела обманывать Вожака, но… Рассказывать о ночном происшествии было стыдно. И ее не покидало чувство, что она сама виновата в произошедшем. Можно было, конечно, повиниться перед Вожаком и надеяться на то, что он не будет слишком сердится на нее. А можно просто промолчать. Ни Шторос, ни Хоегард рассказывать не собирались.
— Сегодня поедешь с Тирсвадом, — сообщил Вожак, заканчивая заплетать ее косу и завязывая кончик кожаным шнурком.
Динка растерянно поглядела на беловолосого, который неловко держа перебинтованную руку, уже собрался и стоял у дверей.
— Попробуй найти к нему подход. Я приказываю тебе пообщаться с ним по дороге. О чем угодно. Поняла? — Вожак развернул ее к себе и заглянул в глаза. Сидя на стуле, он был лишь немного ниже Динки.
— Поняла, — прошептала Динка, опустив глаза. Вожак удовлетворенно кивнул. Взял в руки ее ладонь и вложил в нее деревянный гребень с хитрыми узорами на ручке, который вчера вырезал. А затем встал и направился к выходу.
Динка растерянно смотрела на предмет в своей руке. Это что? Подарок? Вожак подарил ей гребень, который сделал своими руками? Сердце забилось от волнения, и Динка, крепко зажав в кулаке гребень, прижала руку к груди и бросилась вслед за Вожаком из комнаты.
Когда Динка вышла из дома во двор, Тирсвад уже сидел на лошади. Она подошла к нему и робко взялась за свисающую уздечку. Тирсвад, как и Шторос, предпочитал ездить без седла на одной попоне. Демон даже не повернулся в ее сторону. Но тут сзади мужские руки обвили ее талию и вкрадчивый голос сказал на ухо:
— Может попросишь о помощи, раз сама не можешь вскарабкаться на лошадь?
Динка вздрогнула от неожиданности и от звука голоса, который она мгновенно узнала. Но не успела она обернуться, как Шторос, сильнее сжав ее пояс, подсадил ее на спину лошади перед Тирсвадом. Когда она выровнялась и обернулась, рыжий демон уже запрыгивал на своего коня. Тирсвад ничего не сказал, только поморщился.
