В глазах потемнело, но всё же я встала сначала на четвереньки, а потом и на колени. Мне удалось превратить это место в пастбище трупов. Сколько же жертв потребовалось на то, чтобы одержать такую маленькую победу… Я закрыла лицо руками, чтобы никто не видел моих слёз.
— Кора! — ко мне подбежал Кайл. Выжившие вокруг стали выходить из укрытий. — Они забрали её! Они забрали Таису!
— Что?.. — прохрипела я.
— Они должны были забрать тебя! — вцепившись в ворот мундира, Кайл накинулся на меня с кулаками. — Почему же они забрали её?!
— Угомонись! — к нам подбежал Гейл и оттянул брата подальше. — Посмотри на неё. Она едва держится в сознании.
— И ещё, — к нам подоспел Морган. — Дело действительно плохо. После схватки с Калебом, у Сабины вновь открылась рана, — Морган помог мне встать на ноги. — Рана, которую она получала во время экспедиции в Грецию. Она так и не зажила.
Я не могла поверить в случившиеся. Потерь было больше, чем я могла себе представить.
— Что будем делать? — Гейл позволил Кайлу стать рядом. Он нехотя успокоился, но всё ещё был на взводе. Я продолжала сидеть на коленях. — Мы отлично справились с угрозой. Ты великолепно продемонстрировала свои силы, но все на нас смотрят. Надо что-то предпринимать.
— Мы побиты, но не повержены, вот что главное, — начала я. — К этой схватке мы были не готовы, но теперь мы подготовимся как следует, — я подошла к Кайлу и опёрлась о его плечо. — Не расстраивайся, Кайл. С Таисой всё будет хорошо. Они её не посмеют тронуть, но запасись терпением. Это я позволила ей пленить себя.
— Что? — Кайл опешил. Никто не ожидал такого.
— Да, это так, — подтвердила свои слова. — Они забрали её не без причины, ведь она — часть семьи Калеба.
— Чего?.. — Гейл замер на месте. — Ты хочешь сказать, что она его сестра?
— Как только я увидела, что Умбра положила на неё глаз, то связать ниточки что да как ничего не стоило, — объяснила им свою догадку и в итоге оказалась права. Таиса действительно была младшей сестрой предводителя армии демонов. — Но теперь среди их рядов затерялся наш шпион. Пусть думают, что всё произошедшее было случайностью. Только так мы сможем выиграть эту проклятую войну.
Кайл потёр лицо ладонями и стал топтаться на месте. Он не хотел признавать, что Таиса пошла на это добровольно.
— Я расскажу все подробности позже, а пока пойдёмте, — близнецы подхватили меня под мышки. — Проведаем Сабину, восстановим силы, а после разработаем план по освобождению мира.
Мы неторопливо поковыляли к храму. Все понимали, что эта война будет решающей. Теперь никто не смеет отступить. Ибо это касается всех: и живых, и мёртвых.
— Значит, да будет так, — прошептал как можно тише Морган. — Аминь.
КОНЕЦ I ЧАСТИ
Исповедь потерянной души
Любовь, погружённая в печаль, всегда трогает больше всего. Она длинной фатой тянется сквозь вечность и прохладным ветерком заставляет чувствовать дыхание Хаоса на своей коже.
Я — дочь Небес. Эмпирей — мой родной дом, а его правитель Крон — мой отец. Но каждый раз, когда я закрываю глаза, то представляю себя в потустороннем зазеркалье, где единственным светилом служит багряная луна, а владыкой Смерти является древний бог по имени Адам.
В мире, полном волшебства, он и я всегда будем далеки друг от друга. Как юг и север, как день и ночь, как зима и лето… Но краски давно смешались. Нет черты между мирами, как и нет границы между чёрным и белым. Есть лишь он и я.
Больно, жестоко, обжигающе — так я описала бы наши с ним отношения. Только ему было всё равно. При каждой новой встрече муж потуже стягивал мой ошейник и, как спелый гранат, раскалывал моё сердце пополам. Он повторял это снова и снова. Осознанно и по привычке. Говорил, что делал это ради меня, но терпкий сок, струившийся из моей раненой души, невольно воскрешал горестные события в моей и без того покалеченной памяти.
Я безумно рада, что вернула эти далёкие и почти забытые воспоминания, которые лишний раз доказывали мне, в ком крылась настоящая причина всех страданий. Я любила в нём даже самое худшее, но всему есть предел, не так ли?
И вот минули уже сотни… нет, тысячи лет — ничего так и не изменилось. Хотелось бы уже наконец определиться с решением, отпустить обиды и жить в мире дальше, но этому никогда не бывать.
Тогда я пошла к Оракулу. Высохшей до неузнаваемости мумией загробным голосом было произнесено: «В прошлой жизни вы любили друг друга, ненавидели. В этой же должны выбрать что-то одно».
Хорошо. Я больше не стану убегать. Перестану прятаться. Я буду смотреть страху в лицо. Покрепче сожму рукоять меча и отсеку от себя надоедливые лапы тьмы, беспризорно бродившие по моему телу. Отныне мной никто не посмеет помыкать.
