— Это опасно, — высказался Хорек. — Нам надо валить отсюда поскорее и подальше. Давай нагрянем к твоему Таурегу как ты хочешь, после семи, но до семи уберемся. Поехали в Редбридж? У меня там хороший товарищ живет.
— Нет, мы сделаем проще. Здесь недалеко есть тихое местечко, снимем там комнату. Хозяйку я знаю, сдает недорого: можно на час, можно на сутки. Я туда шлюх водил. В общем, снимем комнату, переждем до вечера, — решил Чику и добавил, не дожидаясь согласия Майкла: — Только ты, Профессор, поговоришь с ней сам. Подойдешь вместе с Синди, будто дрыгнуться хотите и возьмете комнату до вечера — так будет правильнее. А меня она знает с не очень хорошей стороны, мне не стоит лишний раз мозолить ей глаза.
— Мне это не нравится, Майкл! — запротестовала мисс Стефанс. — Я не хочу быть в роли шлюхи!
— Шухер, не дури. Ты будешь в роли невесты барона Милтона. Так и представьтесь. Или скажите, что вы молодожены. А еще бы будешь с нами в доле — деньги у Туарега приличные и тебе обещаю четверть, от того, что мы возьмем. Сама подумай: выручка с продажи наркоты по всему району, может даже не за один день! — с важностью в голосе соврал Чикуту. Причем соврал так уверенно, что сам в это едва ли не поверил.
— Майкл, ты как? Может, не надо? — Синди замедлила шаг. — Но я хочу, чтобы ты сказал, что мы молодожены. Ради этого могу согласиться даже ограбить вашего Туарега.
— Хорошо. Поскольку там деньги Хариса, я не против поохотиться на них. Веди, Чику, где эта комната, — решил барон Милтон.
За комнату, которую Майкл снял на сутки, он заплатил всего пятьдесят фунтов. Хозяйка, живущая где-то здесь по соседству, выдала чистое постельное, строго глянула на Синди и удалилась со словами:
— Смотрите, чтобы был порядок! Приду, проверю!
Оставалось дождаться Чикуту и Хорька. И уже вместе с ними семи часов вечера, в надежде, что это время окажется счастливым для них. Не таким как тот час, когда они пришли к вокзалу Майл-Энд.
— Синди, поставь, пожалуйста, чайник, — попросил Майк. Он только сейчас ощутил, что после нервной прогулки к вокзалу ему жутко хочется есть. Ведь обеденное время давно миновало, а он не ел ничего, кроме скудного завтрака. И очень хорошо, что мисс Стефанс позаботилась взять с собой кругляш шотландской колбасы.
Сев возле окна, барон Милтон отодвинул край серой шторы, выглядывая на улицу. В какой-то момент ему показалось, что прошедшая внизу женщина — его сестра. Но нет, конечно же это был обман его глаз. Когда незнакомка повернулась, то Майкл понял, что у нее нет ничего общего с Элизабет: другая фигура, осанка и совсем другое лицо. Отчего это видение преследовало его сегодня снова? Наверное, он слишком соскучился за Элиз. А еще потому, что Элизабет сейчас в жутком положении и ей намного хуже, чем ему.
Пока Синди делала чай и резала хлеб с колбасой, барон Милтон решил, что если он сможет вытащить Элизабет из тюрьмы, то это будет по-настоящему мужской поступок. И Майкл обязан это сделать. Это его святой долг, черт возьми! Лишь когда он сделает это, тогда он может говорить всерьез о своем мужском стержне!
— Проходим как ни в чем не бывало, — шепнул я Элиз. Хотя можно было обойтись без этого предупреждения: баронесса Стрельцова всегда меня удивляла сообразительностью и не требовалось что-либо пояснять ей лишний раз.
Инспектор, только что ворвавшийся в первый зал, пока его не мог знать, кто мы и какова наша роль в произошедшем здесь инциденте. Сержант Хардман, видимо, до сих пор не оправился от потрясения: он не посмел остановить нас, и мы важно и беспрепятственно вышли на привокзальную площадь. Там, и воздух был чище — не воняло пороховой гарью, и не висело то тревожное напряжение, которое я ощущал ментально в залах камер хранения. Не обращая внимания на толпу зевак, мы поспешили к главному корпусу вокзалу — оно располагалось в длинном двухэтажном здании под зеленоватым куполом.
Элизабет повела меня через билетные кассы, где было людно, и мы могли легко затеряться от возможных преследователей. Затем мы вышли на платформу, воспользовавшись вагоном стоявшего состава, перебрались на противоположную платформу и долго шли вдоль поезда, который ожидал отправки на Бристоль. Там дальше наш покой потревожил лишь долгий гудок локомотива.
— Саш, я хочу заглянуть в одно место. Здесь не слишком недалеко. Пешком минут двадцать, можно на эрмике, — сказала Элизабет, когда мы покинули территорию вокзала и направились по малолюдной улочке, пересекавшей Майл-Энд-роуд.
— Что за место? — полюбопытствовал я.
— Кафе «Pleasant Time». Просто небольшое уютное кафе. Когда я училась в колледже, часто бывала там. И Майкл там часто бывал. Хочется ненадолго вернуться туда, пережить немного воспоминаний, — пояснила баронесса.
