– Ты уже не молод, сынок, – продолжил он, – и набрался достаточно житейской мудрости. Может, извлечешь из моих слов хоть какую-то пользу… – И он подробно рассказал о том, какими богатствами, постройками и землями, обладал. Перечислил всех своих наследников, в первую очередь детей своего единственного сына, и назвал все то, что он им оставляет. – Не обижай мою супругу Аленушку, – подвел он итог деловым рассуждениям, – которая была хорошей хозяйкой в моем тереме…Пусть ею остается! Хоть и была она тебе мачехой, но ничем тебя не обидела…А для меня она была душевной радостью! Обещаешь, сынок?
– Обещаю, батюшка, – склонил голову Стойко. – Все будет по твоей воле.
– Не жалей серебра и пожитков простолюдинам и Божьим странникам на поминки по моей душе, – добавил Лепко Ильич. – Не забудь и нашу святую церковь!
– Я все сделаю, батюшка.
– Ну, тогда хорошо, сынок, – пробормотал, уставая, старик. – Однако же, – он вновь открыл глаза и пристально вгляделся в лицо сына, – скажу еще несколько слов. Не забудь, сынок, о наших сарайских друзьях…Крепи с ними связи…
– Эй, Мирко! Славко! – крикнул Стойко Лепкович и махнул рукой. – Идите сюда! Батюшка говорит об Орде. Это вам нужно знать: вы теперь сами туда ездите!
Молодые купцы подскочили со своих скамей и встали рядом с отцом.
– Мой сын и внуки, – тихо сказал Лепко Ильич. – Я завещаю вам жить в любви и дружбе с татарами! Как я узнал за свою долгую жизнь, и как завещал мне мой мудрый батюшка, дружба с татарами – дороже драгоценных камней! Я не знаю, да и наверное, никто не знает, что есть еще один такой славный и щедрый народ…Может, вы скажете, что татары-де злы на русские земли, много раз их грабили и жгли…Но так ведут себя все народы, которые идут на чужие земли беспощадной войной! Так устроил наш Господь, чтобы одни нападали, а другие защищались…Но татары не беспокоят те земли, где правит хороший и праведный князь…Они ни разу не потревожили наш Брянск…Кроме того, их люди – очень верные друзья! Татарин никогда не предаст своего кунака ни в жаркой битве, ни в трудной жизни! Татарин не бросит своего товарища на поле битвы, не изменит ему из-за корысти! Настоящий татарин верен слову и бесхитростен душой! Вспомните хотя бы старого Болху и его доброго сына Угэчи…Их уже нет…Но они любили меня и моего батюшку и не кичились своим высоким положением! Они всю жизнь благодарны за добрые дела! Когда-то мой батюшка, в тяжелые времена царя Бату, спас жизнь его советнику Болху, так он до самой смерти, всем своим праведным сердцем, помнил эту доброту! А как был добр и ласков с нами его сын Угэчи! Берегите же эту дружбу, мои родные! Дружите и с внуком Болху, славным Субуди!
В это время хлопнула дверь, и из сеней донесся шум шагов многих людей.
– Любите татар, мои дети! – громко сказал, приподнявшись на подушках, умиравший.
– Здравствуй, мой верный купец! – громко молвил вдруг вошедший в опочивальню брянский князь Василий.
– Здравствуй! Здравствуй! – сказали, следовавшие за князем дружинники.
– Здравствуйте, славный князь и твои люди! – ответил, широко раскрывая глаза и оживившись, престарелый купец. – Какая мне честь! Негорько и умирать!
– Рано тебе умирать, – тихо сказал князь Василий, пройдя через расступившихся родственников купца. – Ты еще нужен и мне, и нашему городу, и своим родным!
– Уже пора мне, пресветлый князь, – едва слышно проговорил Лепко Ильич. – Я чувствую близкую смерть…Спасибо тебе, князь, за твой прощальный приход! И хочу пожелать тебе тоже, чтобы ты жил в дружбе и любви с татарами.
– С татарами? – вздрогнул князь. – А почему?
– Я вижу славное будущее этого народа, княже, – кивнул головой купец. – Татары – терпеливы, добры и мудры! Многие рассказывают сказки и былины об их жестокости, но того не знают, что мы живем лишь благодаря их доброте! Нужно учиться у этого народа, а не ругать их мудрые порядки! Татары не препятствуют существованию ни нашей христианской веры, ни наших законов и порядков…Разве мы такие же терпимые к другим народам? Еще неизвестно, как бы мы, русские, поступили, получив такую власть над миром…Береги же, славный князь, нашу брянскую землю и живи в дружбе с татарами! Не жалей подарков их знатным людям, почитай царя и не обижай их без надобности…Так ты и свою землю защитишь, и будешь спокойно править! Прощай же, княже! – Купец замолчал и откинул голову на подушки. Глаза у него закатились, нос заострился, лицо побелело.
– Вот и умер наш славный Лепко Ильич, – сказал, подходя к изголовью покойника, сгорбленный лекарь Радобуд. – А теперь наступает и мой конец…Зачем мне жить без моего любимого господина? – И, добавляя к всеобщему горю новое неожиданное потрясение, древний величественный старец медленно осел на дощатый пол.
– Царствие вам небесное! – перекрестились князь и все стоявшие у кровати. – Вот какая преданность!
