В Гомеле они вступили в Красную Армию и продолжали свою борьбу с белополяками в ее рядах. Остальные повстанцы скрылись и в лесах вели партизанскую войну. Белополяки жестоко расправились с крестьянами восставших деревень. Многие из них были арестованы и преданы военно-полевому суду. Шестерых — Илью Алексеевича Шемето, его брата Иосифа Алексеевича, Занько Василия Филипповича, Железного Василия Михайловича, Железного Иосифа Моисеевича и Телушко Алексея Никитича — по приговору суда расстреляли. Многие погибли в боях с оккупантами. Люсинское восстание имело огромное значение, его эхо разнеслось по всей территории, захваченной белополяками. На борьбу поднялись тысячи и тысячи крестьян…
В 1921 году отряд Орловского и другие отряды немало сил отдавали выявлению и ликвидации свирепствовавших на советской территории белых банд генерала Булак-Балаховича и лидера эсеров Бориса Савинкова. Еще в конце гражданской войны белорусские рационалисты Акинчиц, Островский и другие с помощью польского правительства создали так называемую белорусскую армию из кулаков и дезертиров во главе с генералом Булак-Балаховичем. Сначала белополяки не признавали этой армии и белорусских националистов. Но когда их планы образования Великой Польши, с включением в ее состав Белоруссии и Украины, потерпели крах, правительство Пилсудского признало белорусских националистов и разрешило им организовать свои вооруженные силы на территории Западной Белоруссии. Пилсудчики оказывали им большую помощь, а самый богатый и влиятельный польский магнат князь Радзивилл пожертвовал миллион рублей на организацию этой националистической белогвардейской банды. Польское правительство при помощи белогвардейского отребья пыталось сделать то, что не удалось польским националистам: образовать так называемую «Независимую Белоруссию» под протекторатом Польши.
В октябре — ноябре 1920 года пресловутая «белорусская армия» была создана. По условиям перемирия между нашей страной и Польшей, по обе стороны границы устанавливалась нейтральная зона шириной 15 километров каждая. В своей нейтральной зоне и разместили поляки белорусскую армию. Хотя делать это по условиям перемирия не имели права, так как нейтральная зона могла иметь только гражданскую администрацию и полицию.
В ночь с 18 на 19 декабря по приказу «генерала» Булак-Балаховича полк этой «армии» перешел границу и занял советскую нейтральную зону от Московско-Варшавского шоссе до местечка Старобин. Захваченные в волостных ревкомах Семежево и Красная Слобода советские работники были уведены в польскую нейтральную зону и там расстреляны.
После заключения Рижского мирного договора правительство Пилсудского было вынуждено объявить о роспуске «белорусской армии». Но на самом деле поляки только вывели ее из пограничной зоны и реорганизовали в отдельные банды по 100—150 человек. Эти банды совершали налеты на советскую территорию, убивали советских пограничников, зверски расправлялись с работниками ревкомов и активистами, убивали и грабили советских людей, а затем опять возвращались в Польшу на свои базы. В 1921 году бандиты совершили налет на стеклозавод «Старево» в Слуцком районе. Уничтожив завод, они зверски убили семьи рабочих, не пощадив даже грудных детей. Зверские налеты с убийствами советских людей в том же 1921 году были совершены на местечко Любань, на местечко и совхоз Погост и другие населенные пункты.
Уничтожить эти банды на советской территории было очень трудно. Они состояли в основном из кулаков и шляхтичей, уроженцев тех районов, на которые они нападали. Бандиты хорошо знали местность и пользовались поддержкой своих родичей. И поэтому карающей рукой советской власти стали наши партизанские отряды. Мы находили бандитов в их волчьих логовах на территории Польши и беспощадно уничтожали. Но большая часть банд имела, кроме всего, «прикрытие» и абсолютную поддержку со стороны руководящих кругов в Варшаве. Иначе они попросту не могли бы так долго и безнаказанно действовать на советской территории.
…Хочу отметить, что партизанское движение в «Кресах Всходних» во время второй белопольской оккупации после Рижского мирного договора отличалось от партизанского движения в тылу белополяков в 1919—1920 годах. Оно не было таким массовым, как тогда. Не было партизанских отрядов, насчитывавших в своих рядах тысячи людей, получающих моральную и материальную поддержку от Красной Армии, имеющих свои постоянные базы в районах действия.
Партизанские отряды второго периода оккупации насчитывали 30—50 человек кадровых партизан, которые в силу разных обстоятельств не могли находиться на легальном положении, и из местных жителей, которые днем пахали, сеяли, а ночью, при надобности, доставали спрятанное в надежных местах оружие и становились нашей вспомогательной боевой силой.
