А как жил крестьянин в тогдашней Польше, можно судить по таким фактам. Правительство Пилсудского, неимоверно взвинчивая цены на предметы первой необходимости, вместе с тем держало самые низкие цены на сельскохозяйственные продукты. К примеру, литр керосина стоил 50 грошей, килограмм соли — 20, осьмушка махорки — 70, коробка спичек — 10, а килограмм сахара — 1 злотый 10 грошей. И это в то время, когда пуд хлеба стоил 1 злотый 80 грошей, килограмм масла — 80 грошей, десяток яиц — 10 грошей. Столько же, сколько коробок спичек! Непомерно высокие цены были и на мануфактуру, и на обувь.
Весной, когда у крестьянина сплошь и рядом не хватало хлеба до новины, он вынужден был идти на поклон к помещику или кулаку. Несколько пудов хлеба, взятых в долг, по осени не только надо было возвратить, но и еще за каждый пуд отработать во время жатвы и сенокоса по два-три дня. Жнея могла за день — от зари до зари — заработать 50—60 грошей, косец — самое большее — полтора злотых. И жили при лучине, ходили в домотканой одежде, лаптях. Хотя были и те, кто неплохо «устроился».
В своем письме из подполья от 25 августа 1924 года Вера Захаровна Хоружая писала нам всем: «Живу по-прежнему, широко и жадно хватая жизнь. По-прежнему вокруг меня разлита огромная, яркая радость. Но кроме радости есть теперь и очень-очень много горя… Жить стало страшно трудно. Со всей моей энергией, с жаждой жизни я хочу побороть скверные обстоятельства, хочу именно жить там, где я хочу, делать то, что я хочу».
Не скоро довелось нам с ней встретиться.
НЕУЛОВИМЫЙ МУХА-МИХАЛЬСКИЙ
Молва о легендарном и неуловимом поляке-партизане Мухе-Ми-хальском, действовавшем в разных концах «Кресов Всходних», молниеносно разносилась среди местного населения в первой половине 20-х годов прошлого столетия.
Служил Муха-Михальский поначалу в польском кавалерийском полку в чине хорунжего, и все было бы неплохо, если б не тамошние армейские порядки, которые стали ему явно не по душе. Постоянные конфликты с офицерским составом, шляхетский гонор и амбициозность, нелады с дисциплиной, невыполнение приказа начальства и арест грозили ему скорым судом.
Вот тогда-то и выкрал Муха-Михальский из конюшни родимого полка коня и скрылся в лесах, где на него во время рейда и вышли партизаны Кирилла Орловского. Со временем этот молодой польский шляхтич превратился в лихого партизана, но, как оказалось впоследствии, главное для него, в смысле мотивации поступков, состояло отнюдь не в этом…
Осенью 1923 года в целях улучшения взаимодействия и координации действий в отряд Орловского прибыла группа партизан во главе со Станиславом Ваупшасовым, которого весьма заинтересовал опыт своего боевого друга. Суть его заключалась в том, что в ответ на распространявшиеся польскими властями слухи о действующих в лесах только белорусских и русских «бандитах», Орловским, Рабцевичем и Коржом распространялись встречные слухи, утверждавшие, будто все налеты, разгромы воинских, полицейских гарнизонов и другие операции осуществляются исключительно уже известным Мухой-Михальским совместно с поляками…
Станислав Ваупшасов начал в дальнейшем также использовать этот прием, и уже несколько партизанских отрядов воевали под псевдонимом «Муха-Михальский». Подобная дезинформация оказывала деморализующее воздействие на всю жандармско-полицейскую рать, в докладах которой фигурировали целые легионы опаснейших политических преступников «мух-михальских». Пилсудский по этому поводу направил по воеводствам целый циркуляр от 09.05.1924 года о назначении награды за поимку Мухи-Михальского: «На основании представления Министерства Внутренних Дел Председатель Совета Министров назначил за поимку бандита Мухи-Михальского 10 миллиардов марок и вместе с тем обещал награду в 5 миллиардов марок тому, кто даст соответствующую информацию органам полиции и будет способствовать поимке упомянутого бандита».
Партизанская борьба требовала бдительности и неукоснительного соблюдения требований конспирации. Этим обеспечивались безопасность и живучесть отрядов. Факты предательства в партизанских условиях карались беспощадно.
С некоторых пор Кирилл Орловский начал замечать, что идет утечка информации об отдельных партизанских планах, произошло нападение полицейских на одно из мест стоянки партизанского отряда. Пришлось тщательно присмотреться к действиям ряда партизан, особенно тех, кто выполнял задания в отрыве от основных сил или вообще самостоятельно. И, отнюдь не случайно, в поле зрения Кирилла Орловского попал в конечном итоге Муха-Михальский.
