Ее бал не просто запомнили навсегда, о нем написаны книги, и не одна. Есть просто-таки фундаментальное исследование, в котором скрупулезно проанализированы места гостей за столом, смена блюд, последовательность танцев. Вам интересно узнать, что было сначала – кадриль или мазурка? Кого это волнует?! Но речь-то идет о едва ли не самом известном светском мероприятии в истории, тут любой вальс с подтекстом.
Герцогиня разослала 228 приглашений, бал и впрямь грандиозный. Пришлось даже «взять взаймы» поваров и столовые приборы из английского посольства. Среди гостей, разумеется, весь высший свет и большинство офицеров армии Веллингтона.
Примерно в полдень появляются слухи. Как, опять?! Но слухи растут как снежный ком. Такого прежде не бывало, поговорили – забыли. В четыре о нападении французов уже рассуждают как о свершившемся факте. Леди Шарлотта не на шутку встревожена. Она пишет письмо Веллингтону:
Веллингтон ответил очень быстро:
Вот так. Мы знаем, что Веллингтон не хотел драматизировать ситуацию, но есть в этом что-то очень по-британски аристократическое или наоборот. Подняться над суетой, даже если речь идет о смертельной опасности. Война войной, а бал – по расписанию. Отважное высокомерие, как-то так.
Характерно, что нижние чины копируют манеры высших классов. Около пяти о том, что пруссаки дерутся с французами, знают многие, а в парке – полно прогуливающихся солдат! Рядом проходит матч по крикету, поле окружено стеной из красных мундиров.
В семь к дому герцога Ричмондского стали подъезжать кареты и кабриолеты. Отдельно прибыли представители всех шотландских полков. Им предстояло развлечь гостей настоящей экзотикой – танцами с мечами. Выступление имело огромный успех. Многие из танцоров получат ранения или будут убиты уже на следующий день, в битве при Катр-Бра…
Бал идет своим ходом. Однако уже начинают волноваться – где Веллингтон? Почему его до сих пор нет?
Веллингтон со штабными офицерами и Мюффлингом изучает карты. Он пока не отменил свои прежние распоряжения, он вырвался в лидеры в битве ошибок. Однако серьезность положения герцог, разумеется, осознает. В какой-то момент адъютант, наклонившись, шепотом напоминает командующему про бал.
Веллингтон поднимает голову и пару минут размышляет. Затем он обращается к Мюффлингу: «Давайте съездим на бал. Мы должны успокоить людей». Он отдает распоряжение – командирам дивизий и бригад не дожидаться окончания бала и отбыть в расположение частей. Всё.
В половине десятого, в сопровождении принца Оранского, герцог прибывает на бал. Очаровательная леди Джорджиана, младшая дочь герцогини Ричмондской, подбегает к Веллингтону. Непосредственность подростка, что вы хотите.
«Правда ли, что французы напали, герцог?»
Веллингтон улыбается:
«Да, это так, дитя мое. Завтра мы выступаем».
Больше на главную тему командующий со штатскими не говорит. Он ведет светские беседы, шутит, танцует – в общем, вселяет уверенность. Но бал уже превратился в растревоженный улей. Всё время появляются адъютанты, командиры дивизий откланиваются и куда-то спешат. Одна дама вспоминала, что танцевавшего с ней офицера била дрожь.
Незадолго до полуночи принц Оранский получает донесение от генерала Дернберга. Депешу офицер привозит прямо с места боевых действий. Юный принц шутит. Обыгрывая то обстоятельство, что по-английски «порох» и «пудра» (powder) звучат одинаково, Оранский говорит: «Пахнет пудрой – должно быть, это любовное послание».
Тут же ему и Веллингтону становится не до смеха. Сомнений по части планов Наполеона больше нет никаких. Французы сосредоточились в районе Шарлеруа и будут атаковать правый фланг Блюхера. К чести Веллингтона, он немедленно попытался исправить свои ошибки и отдал приказ всем двигаться в направлении Катр-Бра.
Гости начали потихоньку расходиться, но герцог оставался. Часы пробили двенадцать, когда он тихо поинтересовался у хозяина дома, есть ли у него хорошая карта Бельгии. Герцог Ричмондский провел командующего в свой кабинет.
Некоторое время Веллингтон молча рассматривал карту Бельгии, а затем воскликнул: «Черт побери! Он все-таки перехитрил меня! Наполеон выиграл двадцать четыре часа». Присутствовавшие при этой сцене офицеры не посмели уточнить – что именно имел в виду их начальник?
