– Понятно. Так почему вы тогда ее ищете? – Спокойный вид собеседника не мог обмануть Рата. Сидящий перед ним мужчина все больше нервничал. Его выдавали глаза. Было самое время перейти в наступление, и полицейский пустил в ход пару слов – маленькие ядовитые стрелы, которые имели лишь одну цель: спровоцировать реакцию, если чуть-чуть повезет, то даже необдуманную.
– Из-за золота, – сказал он.
Тречков выпрямился – его глаза заплясали чарльстон. Рат с удовольствием зафиксировал это и послал следующую стрелу.
– Вы понимаете, о чем я говорю? – продолжил он. – Один мужчина из-за этого золота отправился на тот свет, другой исчез. А вместе с ним и графиня.
Илья оставался совершенно спокойным, но при этом у него был такой вид, словно он проглотил аршин. Только глаза его были подвижны.
– Я не знаю, о чем вы говорите, – пробормотал он.
Припугнуть его или разыграть роль чуткого полицейского? Нет, он должен продолжать, осталось немного. Рат решил потерять терпение. Он резко встал, облокотился на стол и нагнулся вперед.
– А сейчас послушайте меня, маэстро! – Комиссар добавил в свой голос агрессии, которая помогла создать впечатление, будто он с трудом сдерживается. Слова звучали тихо, но эффектно, и Тречков невольно спасовал. – Вы не считаете, что настала пора прекратить играть в прятки? Вы все больше впутываетесь в дело, которое может обернуться для вас большими неприятностями!
Музыкант как будто окаменел.
– Я не знаю, что вы имеете в виду.
– Это ведь очень просто: вы знаете что-то, что могло бы помочь полиции в расследовании убийства, но предпочитаете молчать. Я не понимаю, на что вы рассчитываете. Если вы думаете, что графине грозит опасность, то вам следует сотрудничать с нами. Мы могли бы вам помочь и защитить ее. – Рат подождал реакции на свои слова, а потом посмотрел на Илью жестким взглядом. – Но если выяснится, что вы покрываете убийцу… Вы отдаете себе, собственно говоря, отчет в последствиях?
– Светлана – убийца?! – буквально вырвалось у Тречкова, и он встал. – Абсурд!
– Если вы в этом так уверены, то я не понимаю вашу позицию.
– Может быть, это вам надо пересмотреть
– Я никому не выношу никаких приговоров, это делает судья. Но кто-то пытал вашего соотечественника, а потом убил его. И я хотел бы знать, кто это был! А вы могли бы мне в этом помочь.
– Соотечественника? – Удивление Тречкова, похоже, было естественным. – Что вы имеете в виду?
Рат показал ему фотографию промокшего трупа Бориса.
– Вы знаете этого человека?
Трубач энергично помотал головой.
– Это его выловили из канала неделю или две тому назад? Он русский?
– Это знакомый Алексея Кардакова.
– Значит, Кардаков! – Илья снова вяло опустился на стул. – Я мог бы вообще-то догадаться!
– О чем догадаться?
– Что этот человек принесет Светлане несчастье.
– Они являются парой, не так ли?
Тречков кивнул.
– Она познакомилась с ним примерно полгода тому назад, когда пришла ко мне. И после этого она вдруг стала другим человеком.
Потому что она больше не захотела спать с лидером своей музыкальной группы, предположил Рат.
– Что вы под этим подразумеваете? – спросил он вслух.
– Светлана стала неожиданно серьезной. Когда я с ней познакомился, она значительно больше смеялась. Я испугался, что он заразил ее своими нелепыми политическими идеями.
– Которые вам не очень близки…
– Да не смешите меня этими благодетелями человечества! Вы видели, к чему это привело в России!
– Кардаков был коммунистом?
– Понятия не имею, как он сам себя называл. Большевиков он, во всяком случае, терпеть не мог, и здесь мы все трое были единого мнения – в виде исключения. Но я никогда не говорил с ним много о политике – в этом отношении он был невыносим. Я вообще никогда с ним особо не разговаривал.
– Вы видели его после исчезновения графини?
– Нет.
– Ее исчезновение было для вас неожиданным?
– Что вы хотите этим сказать?
– То, что я и сказал: вас удивило то, что у вас больше нет певицы, или вы этого ждали?
Комиссар почувствовал, что он опять задел больную точку. Тречков медлил с ответом.
– Она об этом объявила, – сказал он, наконец.
– И попросила вас что-то взять из квартиры…
Музыкант сделал большие глаза.
– Откуда вы это знаете?
– Я видел ее гардероб. Вы что-то вынули из-под подкладки и унесли.
– Да, она меня об этом просила. Это было примерно четыре недели тому назад. Она опоздала на репетицию. Я уже хотел устроить ей скандал, но вдруг увидел ее глаза. В них был невероятный страх…
– Страх чего?
– Она мне этого не сказала. Только отдала ключ от своей квартиры и попросила меня вспороть подкладку в ее зимнем пальто. То, что я там найду, я должен был взять с собой и хорошо спрятать.
– И вы это сделали…
Илья кивнул.
